Пока нейросеть прорабатывает маршрут, несусь во весь опор, отдаляясь от скопления патрулей и центра города.
* * *
— Как продвигаются наши дела?
— Все прекрасно. Внедренные технологии показывают шикарный результат. Обработка солдат прошла почти идеально, никаких угрызений совести и моральных терзания. Они следуют тому что мы в них заложили.
— Вы сказали, что почти идеально.
— Да, попадаются некоторые, имеющие повышенную устойчивость обработке. Такие не участвуют в грабежах, изнасилованиях и тому подобном. Однако и не препятствуют, просто устранившись от всего этого, но прямой приказ не саботируют.
— Это хорошо, но все равно нужно устранить изъян. Пересмотрите алгоритмы, результат должен быть стопроцентным!
— Слушаюсь.
* * *
Лейтенант Дэвис устал, можно сказать что смертельно. Все эти дни он рыл землю в поисках этого неуловимого Призрака, как его окрестили обычные солдаты. Ему начинало казаться что все это вымысел и никого такого на самом деле нет.
Но недавно кто-то перебил группу, проверявшую дома. И опять никаких следов. Трупы в одном месте, машина в другом. Лейтенант уже не знал, что думать. Начальство давит, требуя найти наглеца. А как его найти, когда нет никаких следов? На записях камер пусто, свидетелей нет, а если и есть, то они молчат, делая вид что ничего не знают. Расстреливать их? Он мог бы, но все же ему очень не хотелось к такому прибегать.
И вот сейчас опять дерзкое нападение на конвой, который должен был стать ловушкой для местных смутьянов, а обернулся таковой для солдат задействованных в ней. По местным у лейтенанта вопросов нет, они действовали, как и предполагалось, но в идеальный план вмешалась третья сторона, разрушив его.
Лейтенанта Дэвиса вырвали из постели, куда он совсем недавно лег, срочно вызвав на место недавнего боя, как военного следователя. Первая мысль у него была — послать всех. Он что, единственный следователь в этом городе?
— Что можете сказать? — спросил лейтенант у эксперта, занимающегося осмотром тел в данный момент.
Сам лейтенант уже успел осмотреть место боя, хотя он сказал бы что побоища: все было завалено трупами солдат и ни одного со стороны нападавших, выжившие забрали своих погибших товарищей.
— В том доме. — эксперт кивнул на здание, стоящее рядом с дорогой. — Всех убили из одного оружия. Я не побоюсь сказать, что это скорее всего был один человек, многое указывает на это. Он зашел со стороны квартир, перебил всех в подъезде, занял там позицию, расстрелял кого смог в противоположном здании, убил тех, кто пришел по его душу, а потом вышел наружу.
— А как обезвредили машины конвоя? — спросил лейтенант, кивнув на покорёженные и изрешеченные выстрелами машины.
— Пока не могу точно сказать.






