ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Война — это страшно, но гораздо страшней, когда ты попадаешь в нее из своего благополучного уютного мира. История Вани Куприна, простого русского мажора, решившего неудачно пошутить.

Молодой, симпатичный белобрысый парень, вальяжно развалился на винтажном кожаном диване. Длинный и худощавый, он выглядел он несколько субтильно, правда словно сотканные из жгутов мышц икры и предплечья прямо выдавали в нем спортсмена. А iPad с корпусом из двадцатичетырехкаратного золота в его руках, эксклюзивная футболка с шортами из последней линейки от «Nike» и швейцарские часы модели «Pasha» от «Cartier» на запястье свидетельствовали о том, что парнишка происходит явно не из низших, и даже не из средних слоев общества. Да и сама комната, несмотря на крайнюю захламленность, была обставлена дорогой дизайнерской мебелью ручной работы.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

От ужаса по спине пробежали ледяные мурашки, желудок сжался в судорожных спазмах, а сердце почти остановилось.

Этот офицер, несмотря на то, что был одет в советскую форму, вызывал у Вани не меньший ужас чем немецкие солдаты. Закаменевшая жуткая ухмылка на окровавленных губах, тяжелая челюсть, распирающее воротник мускулистая шея и мертвые, пустые глаза убийцы. Гимнастерка на груди офицера была вся изорвана и залита кровью, лицо заливала мертвенная бледность, но «Вальтер» он держал твердо и целился Ивану прямо в голову.

Раздался еще один щелчок, офицер зло дернул скулой, бросил пистолет и взялся за рукоятку саперной лопатки, на лезвие которой налипли окровавленные пряди светлых волос.

А затем, помогая себе левой рукой и глухо рыча, пополз к Ване.

— Эй-эй, зачем? Ты что творишь? — машинально заорал Иван и отскочил назад. — Я же русский… свой я!!!

— Русский? — офицер остановился и с коротким стоном повалился на бок. — Иди сюда, русский…

— Вы ранены? — Иван подскочил к нему и стал на колени. — Может перевязать… только… только я не умею. И нечем.

— Помоги вернуться… — прохрипел военный, сплюнув кровавым сгустком.

Иван ухватил его подмышки и оттащил назад, к дереву.

Офицер немного помолчал и с закрытыми глазами властно поинтересовался:

— Кто такой, звание, часть, почему голый?

— Иван я, — растерянно ответил Ваня. — Иван Куприн. Звание? Какое звание? Я не служил никогда. Голый… ну, я купался, нырнул, а когда вынырнул, все поменялось. Откуда здесь немцы взялись? Куда я попал? Кто всех убил?.. — и прошептал, наконец, догадавшись, кто перестрелял актеров. — Это… это вы их убили?

Офицер пропустил мимо ушей последний вопрос и, исподлобья заглянул ему в глаза.

— Нырнул, говоришь?

— Ну да, — Иван растерянно оглянулся. — Что за чертовщина?

Военный криво усмехнулся.

— Надо же… еще один бедолага…

— Что? — стуча зубами, спросил Иван.

— Ничего, — отрезал офицер. — Из какого года попал?

— Куда попал? — Ваня вытаращил на него глаза. — Что значит, попал?

— Вordel de merde… — русский неожиданно выругался на французском языке. — Шевели мозгами, сраный говнюк! Сейчас двадцатое июня тысяча девятьсот сорок второго года. Идет Великая отечественная война. Из какого года, спрашиваю, тебя сюда занесло?

— Как, сорок второго года?.. — из глаз у Ивана снова потекли слезы.

— Так, сраный придурок! — брызгая розовой слюной, заорал офицер. — Соображай быстрей, у нас всего около получаса. Скоро я умру, а сюда припрутся немцы. Хочешь жить? Нет? Тогда иди нахер…

— Х-хочу!!! — отчаянно заикаясь от ужаса, согласился Ваня. На самом деле, его мозги напрочь отказывались понимать происходящее, но жить все равно очень хотелось.

— Из какого года?

— Из две тысячи двадцать первого! — быстро отрапортовал Иван.

— Как у вас там? — офицер ухмыльнулся.