Прикрыв глаза, я даже не почувствовал, как упал в медитацию и очутился в знакомом беловатом мареве, в котором невозможно было определить, где находится верх, а где низ. Оставалось лишь надеяться, что та зыбкая поверхность, на которой я стою, иной раз не решаясь пошевелиться — это все-таки условный пол, а не что-то еще.
Безликий приблизился ко мне стремительно. Я даже слегка отшатнулся. А потом уставился в черные провалы маски, потому что у меня впервые появился шанс рассмотреть его так близко. На какое-то мгновение мне показалось, что в глубине блеснули ясные голубые глаза, но разглядеть более внимательно я не сумел, потому что безликий уже отодвинулся.
— Все развивается слишком стремительно, так не должно было случится, — он покачал головой. — Я не понимаю, в чем причина. Скорее всего, тем, кто заварил эту кашу, надоело ждать, и они решили форсировать события.
— О ком ты говоришь? — я почувствовал, как сердце совершило кульбит, и застучало с удвоенной силой. — Ты ведь знаешь, так скажи мне. — Но маска покачала головой.
— Используй янтарь. Он слишком древний, чтобы помнить, как мы только начали постигать азы магии, но не такой древний, как остальные камни, чтобы закостенеть и уже не суметь измениться, не нарушив своего совершенства. — Он снова шагнул ко мне, и я почувствовал прикосновение пальцев, которые оказались на удивление теплыми, к своему лбу. — Проснись.
Я забарахтался в ванной, расплескав воду по полу.
— Демоновы исчадья, — с силой стукнув кулаком по воде, еще немного плеснув при этом на пол, я принялся вылезать и вытираться большим пушистым полотенцем. — Вот что им мешает сказать прямо о том, что они хотят донести? Для чего все эти загадки?
В комнате мой взгляд упал на кровать. Мешки с драгоценностями, точно.
Вытащив мешки, я просто и без затей вывалил из содержимое на стол и принялся перебирать. В гробнице присматриваться было особо некогда, да меня тогда еще и плющить начало, когда в моем теле зарождался огонь. Теперь же я тщательно осматривал каждую вещь, и, осмотрев, убирал обратно в мешок. Артефактов среди побрякушек не обнаружилось. Абсолютно все драгоценности были чистыми. Я отобрал несколько, которые понравились мне чисто визуально, и сбросил в стол. В этом ящике уже лежала шкатулка с браслетами, один из которых одарил меня огнем.
Большинство драгоценностей вернулись в мешки. На столе остался лежать лишь небольшой бархатный мешочек. Если мне память не изменяет, то там находятся простые камни, без оправы, а некоторые даже без окончательной огранки. Высыпав камни на ладонь, я повернул руку так, чтобы на нее падал свет.






