– Мы обязательно разберемся. Просто дай нам немного времени подумать, – попросила Райли. – А до тех пор прими, что твоя мама – взрослый человек. Она может о себе позаботиться – подвох в том, что ты должен ей это позволить. Должен перестать помогать и показать, что ей и не нужна твоя помощь. Она вполне может обойтись своими силами.
– А если она не сможет? Если ее ждет провал?
Зик посмотрел на Райли, а потом на меня.
– Она поднимется. Так мы все и делаем – поднимаемся и пробуем снова.
Я покачал головой, хотя от их слов туман в голове начал рассеиваться.
– Я уже принял тот чек от Кори. Мама его обналичила. Она в реабилитационном центре за его счет. И он… он о нас заботится, – сказал я, не понимая, насколько это больно, пока не произнес вслух. – Таким уж ненормальным способом он это показывает.
– Так он лишь получает желаемое! – возразила Райли. Зик многозначительно глянул на нее, и она тут же замолчала. Хотя, судя по тому, как покраснели ее щеки, Райли с трудом сдерживалась, чтобы не ляпнуть что-нибудь еще.
– Скажи ему, что признателен за помощь и предложение, но ты передумал, – невозмутимо предложил Холден. – А если он заберет деньги, и твоя мама вернется домой, повторю еще раз: мы разберемся.
– И, кстати, я знаю, что Малия в прошлом причинила тебе боль, но это и по отношению к ней нечестно, – не выдержав, добавила Райли. – Судя по тому, что ты нам рассказывал, вы с Кори очень похожи. Оба хотите помочь любимым людям. Но делают это не так. – Она пожала плечами. – Твоей маме больно. И Малии тоже. Они, наверное, жалеют о принятых ими решениях, из-за которых оказались в таких ситуациях. Но это не значит, что ты берешь на себя ответственность все исправить и сделать лучше, потому что так они чувствуют себя только хуже.
– Тогда что мне прикажешь делать? – возразил я.
– Просто будь с ней рядом, – покачав головой, ответила Райли с улыбкой. – Скажи маме, что любишь ее и понимаешь. Выслушай, когда ей это нужно. Поддержи, когда она попросит у тебя совета. Когда она решит, чем хочет заняться после, предложи помощь в пределах своих физических, эмоциональных, умственных и финансовых возможностей.
– Люби ее и в трудные времена, напоминая, что плохое не будет длиться вечно, – подхватил Холден, и его взгляд снова стал таким мрачным, что я задумался, не из личного ли опыта он это берет.
– Клэй, ты имеешь право на счастье, – тихо сказала Райли. – И не должен нести чужое бремя. Ты и так уже достаточно сделал.
Я сглотнул ком в горле и, запрокинув голову, посмотрел на насадку для душа.
– Не хочу ее обидеть.
– Это же твоя мама, – тут же заявил Зик. – Скорее, она будет гордиться тем, что ты установил границы. Она тоже хочет для тебя лучшего. И все у нее будет хорошо, мужик. Обещаю.






