— Почему тебя это заинтересовало? — он продолжал рассматривать балдахин.
— Я думаю, что пришла пора отпустить тебя домой, — от неожиданности он сел и уставился на красавицу, стоящую перед ним.
— В чём подвох? — он смотрел подозрительно, но тут она слегка повернулась, и он увидел, как четыре глубокие царапины рассекают бывшую недавно безупречной кожу. Словно большая кошка лапой ударила.
— Я хочу, чтобы ты уничтожил этого сукиного сына Женьку Рысева, — она увидела, что он заметил её ранение, и перестала изображать заботу. — До драной кошки, которая его опекает, даже я не могу добраться. Так же, как и до этого ублюдка. Слишком вредны для меня те уровни, на которых эта дрянь постоянно находится.
— Что случилось? — стараясь оставаться равнодушным, спросил он.
— Меня унизили. Меня оскорбили. Об меня вытерли ноги. А эта тварь с кисточками посмела явиться сюда и начать права качать. Она угрожала мне!
— Амара, чего ты от меня хочешь?
— Я хочу, чтобы ты убил Рысева и его проклятое животное. Если бы эта дрянь не вклинилась в мой рисунок, этот кот облезлый не смог бы разорвать связь пентакля. А он не просто разорвал связь, он выставил меня на посмешище. Но этого им показалось мало. И вот уже эта дрянь рыжая стоит перед всеми разумными десятого уровня и качает права. И никто, и одна падла не вступилась за меня. никто даже не подумал о том, три-четыре разумных, обладающих достаточной мощью, и у Рыси спеси бы поубавилось. Но все молчали и даже не пытались противостоять этой богине.
— Зачем ты меня спасла? Я не верю в то, что ты хотела меня отпустить, когда все раны окончательно заживут. — Он невольно вздрогнул, когда вспомнил как его беспомощное тело рвали безжалостные клыки тварей, и облегчение от того, что всё это наконец-то прекратилось. — Ты ведь не хотела меня отпускать. Что бы меня ждало, когда ты наигралась бы вдоволь?
— Да какая разница, какие у меня были на тебя планы, — она поморщилась. — Сейчас они изменились. Так что, ты готов к тому, чтобы оторвать яйца и намотать на толстый сук кишки Рысева?
— Можно подумать, будто у меня есть выбор, — в голосе юноши прозвучала горечь.
— Нет, милый, выбора у тебя нет, ты прав, — она наклонилась над ним и провела ладонью по его щеке. — Сегодня, ты вновь увидишь родных, но чуть позже, — и Амара его поцеловала, забираясь на кровать.
Прошло не мало времени, прежде, чем в глухом переулке Ямска открылся портал и оттуда выскочила мужская фигура. Он сильно возмужал. Тяжелая атмосфера десятого уровня изнанки сделала своё дело. К тому же Амаре нравилось время от времени устраивать нечто вроде гладиаторских боев, в которых она и свою домашнюю «зверушку» заставляла участвовать.






