— Это почему?
— Это чтобы матом не ругаться, Старуха, если узнает, за ругань так отчитывает!
— Ты что, боишься этой девочки?
— Не боюсь, просто ее расстраивать не хочу. Она, когда расстраивается чем-то, уходит к себе в лабораторию и начинает что-то химичить. Только при этом всех из лаборатории выгоняет — потому что, говорит, то, что она химичит, опасно для жизни. А мы ее все же беречь должны. Мы ее хотя бы за один порошок стиральный до конца ее жизни обязаны на руках носить!
— Хочешь — носи… а чего так-то?
— А того. Она ведь верно предсказала: этот порошок продается по две кроны за фунт, то есть по доллару за килограмм примерно — и только американцы его покупают по сто тонн в сутки! Сейчас они у нас готовы брать лишь зерно — и этот порошок! Струмилин подсчитал все, сказал, что на одного американца порошка можно продавать по фунту в месяц — а это уже пятьдесят четыре миллиона долларов! Мы, правда, пока столько произвести не можем, но инженеры с Лабораторного завода говорят, что на пятьдесят миллионов фунтов в месяц вероятнее всего заводы выйдут уже к концу года, а это — уже больше двадцати миллионов нашего дохода. Двести сорок миллионов в год эта девочка нам обеспечила!
— И что, так никто у американцев и не придумал, как такой порошок сделать?
— Лично меня больше всего это и удивляет. Точнее не это: как порошок сделать, всем известно. Ну, не всем, но уж химикам-то профессиональным — наверняка. Вот только даже наши химики, из института Ипатьева, между прочим, до сих пор считают, что производство его дешевле, чем по три с половиной рубля за фунт наладить невозможно! А Электролюкс его в Америке продает по полдоллара, то есть по золотому рублю, или по два с полтиной червонцами.
— То есть чтобы заработать валюту, мы себе в убыток торгуем?
— В том-то и дело… на придуманных ею установках себестоимость получается даже чуть меньше рубля за килограмм.
— Установки такие сложные?
— Простые. Там все дело в катализаторах, которые она придумала. А без них такое производство, как я понял, вообще смысла не имеет. Но мне это столько головной боли добавляет…
— Секретность?
— Она, родимая. А Старуха говорит, что может кое-что и получше придумать… то есть она придумала, но в производство не пускает и даже никому не говорит как продукт получать… там насчет взрывчатых веществ разных. По ее уверениям порох, причем даже лучше, чем из хлопка, можно делать из дерева. Не любого, она говорит что лучше всего эвкалипт серый подходит или, чуть похуже, лиственница. Но пока, говорит, мы перебьемся.
— Это почему? Может, она все это просто выдумала и тебе врет?
— Она рассуждает как старуха, подмечает любую деталь и долго эту деталь разжевывает и обсасывает.






