ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Первая встреча с заносчивым внуком моей соседки закончилась полным провалом. Окрестив меня охотницей за жилплощадью и залежавшимся б/у товаром, он получил от меня акт возмездия, а если точнее, я плеснула в него горячим чаем. Очень горячим. А если еще точнее, кипятком. И я бы забыть забыла об этом инциденте и о его возможных последствиях, если бы на следующий день, когда я пришла на практику в больницу, я не узнала, что этот мужик оказался моим куратором… ХЭ. Однотомник

«Если ты сегодня же не поздравишь бабушку с ПРОШЕДШИМ днем рождения и не навестишь ее с подарком, я возьмусь за устройство твоей личной жизни, как обезумевшая мамаша. Правильно, не надо, поэтому подними свою царскую задницу со стула, на котором ты сейчас наверняка сидишь, закрой очередную медицинскую книгу и дуй к бабуле. Только этого добра мне не хватает. Откладываю мобильник в сторону. Вынужден признать, что навестить нелюбимую родственницу однозначно лучше, нежели чем испытывать на себе прелести сватовства. Намеренно громко двигаю ногой стул, дабы разбудить крепко спящую напротив меня «принцессу».

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Я пойду.

Выхожу из кабинета и вдыхаю полной грудью. Кто-нибудь отмойте эту вонючую бабу!

Прохожу мимо сестринского поста и усмехаюсь в голос. Кому скажи – не поверят. Я за полгода ни разу не задумывалась о работе, тем более о должности медсестры. Да еще и с такой маленькой зарплатой. Но стоило кому-то сказать, что я никчемная, как меня это задело. Сильно. Хотя, не кому-то. Десятки раз папа говорил о моей неспособности к самостоятельности и еще кучу всего, на что можно было обидеться.

Но задел меня именно Потапов. Я как маленькая обиженная девочка хочу доказать ему обратное. И докажу!

Удивительно, но день проходит без нареканий с его стороны. И что самое аномальное, я ловлю себя на мысли, что мне совершенно не нравится отсутствие придирок и троллинга. Больная, ей-Богу!

***

Мать моя женщина, это будет хуже, чем я себе представляла. Одно дело – делать отточенные манипуляции типа инъекций, но совершенно другое – разбираться в бумажных тонкостях. Журнал регистрации поступивших и выбывших пациентов, журнал движения больных, журнал сдачи и приема дежурств, журнал лихорадящих больных. И еще как минимум два журнала. Кому нужна эта ненужная фигня?

Я готова была поклясться, что в списке дежурств Потапов не значился. Но в пятнадцать минут десятого появляется именно он. Кажется, он тоже обалдел от того, что за сестринским постом обнаруживает меня.

– Ты что здесь делаешь?

– Сижу. И вам доброе утро.

– Можешь идти домой. Я тебя не звал на дежурство. Отдыхай.

– Спасибо за разрешение, но я не к вам на практику.

– А к кому?

– Я здесь на вольных началах. Решила, так сказать, влиться в процесс работы медсестры. У меня скоро первая смена. Попрактикуюсь, чтобы не облажаться.

Не такой я реакции от него ожидала. Эта скотина улыбается.

– О, как я тебя задел.

– У вас превратное мнение обо мне. Вы, кстати, опоздали на пятнадцать минут. Там тетенька в коридоре с диабетом воет и страдает. И что-то мне подсказывает, что ее запихнули сюда не по профилю. Ей, скорее, в неврологию. Вы бы поторопились, Сергей Александрович. Вдруг там инсульт.

Я не знаю, какого черта залипаю на его стучащей по столу руке. Ну очень вовремя, Гергердт.

– Это делается не так.

– Что?

– То, что ты делаешь рукой, – капец! У меня что на лице написано, что я мастурбировала, представляя его?

– Что я делаю рукой, вас не касается.

– С помощью некоторых приспособлений, процесс будет идти легче. А то пальцы и ладонь сотрешь.

– С помощью вазелина и вибратора? – я действительно сказала это вслух?!

– Достаточно простых ножниц.

– Стесняюсь спросить, и куда мне пихать эти ножницы?

– Пихать? Почему мне кажется, что мы говорим с тобой о разных вещах? – да тут не надо быть гадалкой, чтобы понять – он потешается надо мной. И зачем-то обходит стол и становится сбоку от меня.