ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Он пережил битвы. Переиграл царей. Но теперь ставка — сама эпоха. Артур Найденов, офицер ГРУ, застрявший в жестоком мире хеттов и хурритов, больше не беглец. Он — сила, с которой считаются. Его лагерь превратился в крепость, союзники — в армию, а имя — в легенду. Но древний мир не прощает возвышения чужаков.Когда жребий брошен и стены Митанни дрожат под натиском врагов, остаётся один вопрос: Можно ли спасти будущее, разорвав прошлое?

Я, Найденов Артур Владимирович, выпускник Военной Академии и действующий офицер спецназа ГРУ МО РФ был послан на Западную Украину с целью выявить и наложить метку на секретный объект. Задание выполнил, но во время уничтожения объекта, произошёл квантовый сдвиг, забросивший меня в далёкое прошлое, задолго до нашей эры. Со мной в прошлое попали несколько украинцев — девушка Ада, офицеры СБУ Данила и Андрий, археолог Саленко Виктор. Поняв, что выжить сможем только вместе, мы двинулись на юго-восток. Добрались до изолированной деревушки Халов на юго-западе территории Турции в моём старом времени.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Лагерь соорудили большим полукругом, оставляя четвёртую сторону водной глади. Озеро буквально кишело рыбой: две семьи амореев оказались рыбаками и даже тащили с собой сети. За двое суток, что мы провели у озера Ван, так его опознал Саленко, рыбой пропах весь лагерь. Форель размером с руку человека жарили, коптили, вялили на солнце. Я даже умудрился сварганить подобие ухи, но скорее это был рыбный суп из-за отсутствия необходимых продуктов.

На второй день из деревушки пожаловали гости: местные рыбаки, получив пару бронзовых ножей, долго благодарили. А спустя несколько часов вернулись с подарками, неся кипу вяленой рыбы и два простых невода.

— Как здесь хорошо, — Ада вытерлась куском ткани и начала одеваться. Найдя укромный заливчик, мы провели там пару часов плавая и загорая, поручив детей заботам няни и Иримы.

— На Дону будет лучше.

— На Днепре, — не преминула вставить свои пять копеек жена.

— Возможно, посмотрим на месте. — Я быстро натянул одежду, услышав шаги в зарослях камыша. Это оказался Шулим — он пошёл искать меня, обеспокоенный моим отсутствием.

— Ночью волки напали на овец и убили десять, пастухи их отогнали, но животные скончались, — доложил командир, отвечавший и за сохранность животных в том числе.

— Пусть сторожат лучше, скоро много хищников будет на пути. А овец разделать и распределить между всеми.

— Между нашими? — Уточнил Шулим, собираясь уходить.

— Нет, между всеми. Мы теперь все одни, нет больше сангаров, хурре или эсоров.

— А кто мы? — взгляд хуррита выражал недоумение.

— Пока просто люди, а скоро станем Русами, как доберёмся до места.

По просьбе женщин из каравана решил задержаться на берегу озера ещё на один день. Женщины стирали вещи, купали детей на мелководье, пользуясь изобилием воды. Этот день тоже использовал, чтобы вволю накупаться и позагорать. В Этот раз Ада не составила мне компанию, но водные процедуры принял Этаби.

— Арт, каково там на землях твоего народа? — Хуррит много раз спрашивал, я не раз ему отвечал. Но уважая друга, не поленился повторить:

— Там реки и озера полные рыбы, леса, в которых столько животных, что устанет рука, держащая лук. Зимой снега наметает столько, что трудно ходить по лесу. Всё замерзает: реки и озера покрываются льдом, но жизнь продолжается. Там нет такого жаркого солнца, а чистая родниковая вода на каждом шагу. В лесах есть животные медведи, они похожи на тебя -огромные и злые.

Этот момент Этаби нравился больше всего: каждый раз перебивал меня словами:

— Расскажи про медведя.

И я рассказывал, какое голубое небо над головой, как шелестят берёзы и осины, дрожа на ветру. Как сладко пахнет русская земля весной, просыпаясь после зимней спячки. В моих рассказах сочеталась реальность с детскими воспоминаниями из сказок.