ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Игорь. Когда последний участник совещания вышел из комнаты, он ослабил галстук и отхлебнул воды, ощущая напряжение уходящего дня. Он знал, что время для отдыха у него исчерпалось. Игорь Тихомиров — человек неуловимых изменений в повседневной жизни, каждое его слово и действие могут быть ключами к великому или к самой большой трагедии.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Нельзя садиться в таком состоянии за руль, и я стала спешно вызывать такси, утирая слёзы, из-за которых не видно было кнопки. Стала ждать машину.

Ну что же, пора искать активно юриста. Сомневаюсь, что на этой досудебной беседе мы сможем договориться. Права — пол беды, и то я не согласна, но опекунство? Он вообще не в себе уже?

Приложение оповестило меня, что такси подано, и я вышла из подъезда все ещё сжимая в руке белые бумажки. Сунула с раздражением их в сумку, попыталась успокоиться. Мне ещё целый день работать. Зря я заглянула в ящик с утра, испортила себе только настроение. Но предупреждён — значит, вооружён.

Добралась до работы без пробок и вовремя, у меня даже осталось время, чтобы выпить кофе и привести нервы в порядок, хотя это не очень-то просто. Чувствовала я себя беспомощной мухой, которую Игорь Тихомиров мечтает прихлопнуть. И может."

"Прошла мимо своего отдела к кофемашинам и нажала на кнопку «Капучино». Пока аппарат готовил заказ, снова задумалась. Может, попросить помощи у начальницы? Хотя бы юриста посоветует хорошего. Она, конечно, не обрадуется суду с Тихомировым, но рано или поздно она все равно узнает. Уже через четырнадцать дней у нас беседа во время рабочего дня — мне придётся показать Ларисе письмо, чтобы она меня туда отпустила. Не пойти не могу — я должна знать, что задумал этот человек.

Пока кофе пила, ко мне подошла Рита Сазонова. Она — моя коллега по отделу и подруга. Ей я могу доверить всё. И, конечно, она не могла не заметить моё белое как простынь лицо.

— Доброе утро.

— А? — обернулась я на неё растерянно. — Привет, Рит.

Она окинула меня ещё более внимательным взглядом. Купила и себе порцию кофе и встала почти вплотную со мной, чтобы другие сотрудники, тоже заряжавшиеся бодрящим напитком с утра, не могли услышать нас.

— А теперь рассказываем, Прибрежная, — сказала мне подруга. — Я такого лица у тебя никогда не видела. Не ври, что у тебя умерли рыбки.

— Не вру. Рыбки живы, — ответила ей и отпила кофе ещё.

— Рассказывай, — настаивала Рита.

Молча достала смятые бумажки из утреннего конверта и отдала ей.

— На. Читай.

Сазонова взяла из рук листы, разгладила и вчиталась в текст.

— Чего?! — спустя минуты две заорала она на всю комнату отдыха, а потом вспомнила что мы тут не одни и стала говорить тише. — Это нельзя обсуждать тут.

— Ну как бы да, — хмуро отозвалась я.

— До обеда подожди. Это ж капец, — покачала головой Ритка.

— Спасибо. Поддержала, — глянула на неё.

— Так. Не раскисать, ясно? Дел вагон. Пошли, переделаем все, в обед поговорим. Тебя итак тут все потеряли, пока Богдан болел.

Глава 9

До обеда я дотянула худо-бедно. А в перерыв Ритка утащила меня в кафе подальше.