Именно для того, чтобы такие как он и другие дети не разбрелись по тоннелям, в которых и небольшие твари могли стать для ребенка проблемой.
Одним взглядом окинуть пещеру было невозможно: другой конец терялся вдали, скрытый смесью вечного дыма и тумана. Тысячи жилищ племени были разбросаны по пещере где-то теснее, где-то свободнее. Сделаны они были по большей части из шкур, сухих растений, камней, а под многими из них были небольшие подземные пещерки, в которых либо спали, либо хранили вещи и пищу. С высоты же Зур'даха было видно, что все жилища расположены определенным образом и формируют круги, которые и разделяли племя на касты. Единственным пустым и незаселенным местом в пещере был центр — площадь, под которой лежало тело Предка. Это было самое холодное место пещеры. Пол там в прямом смысле промораживало льдом.
Ладно. — подумал Зур'дах, — Пора слезать вниз.
Только он приготовился к этому, как раздался голос:
— Эй, мелкий засранец!
Твою мать!
К кому обращается старый Драмар, а это был именно старый гоблин, догадаться было нетрудно. Других гоблинят вокруг не было. Только Зур'дах. Он осторожно выглянул из-за выступа. Слезать резко перехотелось.
Драмар пристально смотрел на него, а если он так смотрел, то это означало только одно: он хочет впрячь ребенка в очередную работенку.
— Слазь-слазь, засранец! Займешься делом! Нечего там прохлаждаться. — старик опирался на свой посох-клешню и ждал.
Вот проклятье! Сам залазь, я подожду.
Старик небось собирался заставить его опять светильники подпитывать.
— Неа… — лениво протянул он в ответ старику и сразу спрятался за выступ.
Вернее, попытался.
В ту же секунду ему в голову прилетел камешек. Причем весьма чувствительно.
— Ай!
— Не дури, щенок! Или следующие полетят сильнее. Сказал «слазь» — значит, слазь. Прятаться вздумал, да если не слезешь, я сам взберусь наверх и скину тебя оттуда.
Стражи, прекратившие игру в кости, хохотнули.
Драмар решил подстегнуть мальца и швырнул целую горсть подобранных с пола камешков. Три попали в Зур'даха.
— Да слажу я! — крикнул он обреченно, — Хватит бросаться, старик.
— То-то же. Так бы сразу.
Гоблиненок уцепился за знакомые выступы на скале и начал слазить, даже не глядя, куда ставить руку или ногу. Он столько раз это делал, что справился бы и с закрытыми глазами.
Места от бросков старика всё еще пульсировали легкой болью.
Меткий старик, — зло подумал Зур'дах.
Через десяток секунд он оказался прямо над стариком. Возникло стойкое и непреодолимое желание плюнуть в того. Драмар как раз начал что-то рассказывать Стражам.
Плюх.
Мимо! — разочарованно подумал Зур'дах и спрыгнул.
Повезло, что старик не заметил плевка, а то мог бы и накостылять. Этот мог.
Стражи ухмыльнулись. Они-то всё видели. Но промолчали.






