— Кто там расшумелся? — раздался противный дряхлый голос.
Полог распахнулся и снаружи показалась старуха с сотней косичек на голове, которые почти полностью скрывали лицо, не давая его толком рассмотреть.
— Чего тебе надо? Чего кричал?
Зур'дах запыхался и никак не мог собраться с силами, чтобы нормально заговорить.
Легкие жгло огнем, дышать было больно до одури. Теперь это ощущалось. Надо было отдышаться.
— Сейчас… сейчас…
На ногах не было живого места от сотен кровоточащих царапин. Теперь, когда он стал перед старухой, остановился после бега, все эти царапины резко начали жечься и болеть.
— Драмар… Меня послал Драмар. — выговорил гоблиненок.
Старуха медленно прошаркала к нему, опираясь на скрюченную палку, которая помогала ей в ходьбе. Ящеры, как домашние животные, припали к ее ногам и ластились, облизывая языками ее крючковатые пальцы ног.
Косички вильнули в сторону, открывая лицо и она посмотрела на Зур'даха открывшимися глазами. И Зур'дах понял, что знахарка слепая. Глаза были мутно-белыми и смотрели будто в пустоту, сквозь него. В племени он уже встречал несколько слепых стариков-изгоев, так что не впервые видел такие страшные глаза.
— Подходи, не бойся. Они поигрались, теперь будут спокойны. — скрипучим голосом проговорила она, подзывая его к себе.
Зур'дах по шажку подошел к старухе.
— Срочно нужны снадобья. — Он тут же стал перечислять по памяти то, что диктовал ему Дамар, боясь забыть.
Когда он выпалил все что помнил, старуха покачала головой.
— Ну пошли, несчастное дитя, посмотрим, что из этого есть.
Он вошел вслед за знахаркой внутрь.
— Сидеть. Охранять. — скомандовала она ящерам, и те послушно расселись возле входа в дом.
Внутри было тесно. Сотни развешанных под потолком пучков трав, три каменных стола, заставленные всевозможными мисочками с растворами, кувшинчиков, и просто ёмкостей из камня. Это немного напоминало столики матери, где та тоже держала разные зелья, но тут было всего в десятки раз больше и теснее заставлено. Казалось, тут вообще нет пустого места. Неосторожно шагни, тронь, — обязательно что-то заденешь.
Даже на полу стояли сосуды с непонятным содержимым, так что Зур'даху пришлось ступать предельно осторожно, чтобы ничего не опрокинуть. Хранилась тут и тьма высушенных насекомых: мелкие висели связанными в один клубок и были подвешены за веревку под потолок, крупные — просто лежали на столах, где было свободное место.
Как тут слепая Прата перемещалась, не руша всё на своем пути, было непонятно.
Пока Зур'дах рассматривал всё это, — старуха занялась делом.
Ориентировалась она просто — на нюх. Ее длинный, весь в пятнах старых ожогов нос и был ее глазами. Она как ищейка шла сразу туда, куда было нужно. Наклонялась, принюхивалась — и выбирала необходимый ингредиент.






