Отдав распоряжение, сам я отправился переодеваться, чтобы произвести наиболее благоприятное впечатление, а заодно подумать, как строить разговор.
Когда я вошел в гостиную, у меня создалось впечатление, что хозяином здесь себя считает мой гость — настолько он вольготно расположился на диване с открытой папкой, бумаги из которой он изучал. Правда, при моем появлении он всё-таки приподнялся и подчеркнуто уважительно поприветствовал.
— Мне передали, что вы хотели меня видеть, Роман Юрьевич?
— Не только вас, Петр Аркадьевич, но и вашу супругу, а еще Леонида Юрьевича Беляева.
— Вот как? С какой целью?
— Пропавшие в вагоне господа были людьми князя Молчановского, интересы которого я представляю.
— Вам будет достаточно беседы со мной и братом, Роман Юрьевич? — лениво уточнил я. — Не хотелось бы супругу беспокоить по этакой ерунде. Она видела не больше, чем я. Вряд ли чего добавит.
— А вдруг, Петр Аркадьевич?
— Мы не видели в вагоне никого, кроме проводника, — ответил я. — Что она, по-вашему, может добавить? Насколько чистым у него был воротничок?
— Или не было ли на нем пятен крови, — ответил он.
— Вы серьезно? — я невольно рассмеялся. — Сколько у вас там пропало дружинников? Проводник говорил про четверых пропавших пассажиров. Это все были ваши или кто-то посторонний?
— Все наши, — признал Бронский.
— И вы такого низкого мнения о своих людях? По-вашему, их мог победить проводник? Или это были люди слабые и неодаренные?
— В том-то и дело, Петр Аркадьевич, что пропали сильные маги, которые не могли исчезнуть бесследно. Возможно, проводник подмешал что-то в чай — и…
С проводником этот господин наверняка уже побеседовал и был уверен, что тот никакой диверсии не совершал. Тем страннее было его высказывание. Как будто он хотел уверить, что нас не подозревает ни в чем. Усыпить бдительность.
— Он забеспокоился об их пропаже до того, как речь вообще могла бы зайти о чае. Мы фактически только отъехали от Святославска — и проводник поднял тревогу. Повторяю, моя супруга в поезде не видела никого, кроме проводника. При всем уважении к князю Молчановскому, я не хотел бы, чтобы ее лишний раз беспокоили — она чересчур эмоциональна. Ваших людей видел в поезде только мой брат и высказался по их поводу весьма неодобрительно: заявил, что они похожи на бандитов. И как раз, когда он делился своими впечатлениями от вида дружинников князя Молчановского, пришел проводник с известием об их исчезновении.
— Мне сказали, что версию о минировании вагона высказала ваша супруга. Я хотел бы узнать, на что она ориентировалась.
— На то, что на нас в последнее время слишком часто покушаются, — ответил я. — Не так давно нас пытались убить во время гонок. Об этом были заметки. Возможно, они вам попадались.
— Попадались, Петр Аркадьевич.






