У Петра Аркадьевича серьезные внутренние повреждения. Так что минимум два дня перерыва. И не просто перерыва, а полноценного отдыха без постоянного использования магии. Те же самые рекомендации вам, Юрий Владимирович. Активно заниматься вам сейчас не стоит. Не до конца укрепившаяся структура очень уязвима.
— С моим набором заклинаний, — хмыкнул он, — активно заниматься и не выйдет.
— Проверили, что работает — и можете с чистой совестью ложиться спать. Я каждый час до утра буду контролировать ваше состояние и состояние Петра Аркадьевича. Всё же процесс новый, неопробованный ранее. Никогда не знаешь, что может вылезти в процессе.
Как мне казалось, она не столько перестраховывалась, сколько ей было интересно именно развитие источника. Опасения, что он схлопнется, присутствовали и у меня, но если это вдруг произойдет, она вряд ли сможет оказать помощь. Или сможет? Есть же наверняка процедуры, позволяющие поддерживать деградирующий источник?
Оставлял я отчима со спокойной душой, разве что предупредил, чтобы он не выходил из здания до завтра, когда я передам ему навык Сокрытия сути. И к окну не подходил — у нас постоянно у поместья появлялись новые наблюдатели, а навыки у них могут быть всякие. И информация о том, что отчим ко мне приехал обычным человеком, а уехал магом, не должна никуда уйти.
Стоило мне открыть дверь в комнату, как к отцу рванул Лёня.
— Ты как? — обеспокоенно спросил он. — Звуки отсюда доносились ужасные.
— Было очень больно. Но оно того стоило.
Отчим зажег огонек в руке.
— Маленький он какой-то, — скептически сказал Лёня.
— Заклинания первого уровня все слабые, — ответила Даньшина. — И то, что они развиваются постепенно, адаптируя тело к своему усилению, — нормально.
— Кстати, существуют ограничения по изучению навыков и использованию кристаллов со сродствами, — спохватился я. — Не больше двух новых навыков в неделю. И не больше одного нового сродства в месяц. Усиливать сродство, принимая второй большой кристалл этого типа, можно, только если хотя бы одно заклинание этого типа станет пятидесятого уровня. И желательно под присмотром целителя. Тоже весьма болезненная процедура.
— Я слышал, есть артефакты, определяющие, что находится в кристалле, — припомнил отчим.
— Есть, — подтвердила Даньшина, — но не в свободной продаже. Специалистов, способных такой артефакт создать, очень мало, и они все под княжеской клятвой, на сторону работать не будут. То есть договариваться придется с князьями. И я вам сразу скажу — откажут. Такой артефакт — это преимущество, которого никто не собирается лишаться. Потому что определенный кристалл стоит намного дороже неопределенного. По навыкам цены варьируют, разумеется.






