ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Получив в управление остатки княжества, Петр Воронов понимает, что император ждет его провала. Нехватка людей, пустая казна и враждебно настроенные родственники — лишь вершина айсберга. Срочный вызов в Святославск раскрывает новую угрозу: его брат Лёня, отчаявшись получить руку любимой, готов заплатить преступникам за сомнительный дар — «зерно Скверны».

От поездки в Святославск пришлось временно отказаться, потому что иначе пришлось бы отказываться от предоставленной возможности. Возможность была спорной: никакой помощи от государства после вывода войск не предоставлялось, зато обязанностей хватало, включая и обязательный налог с оставшегося огрызка. Налог, куда входили как деньги, так и кристаллы, был фиксированный и вполне посильный. И всё же я сразу вспомнил о Базанине: если его поиски завершатся успехом, то налог будет выплачиваться из его средств. Не знаю, о чем думал император, когда дал мне этот шанс, уж точно не о том, чтобы дать мне возможность себя проявить.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

— Я не рискнул там задерживаться, потому что начали проверять, как эти типы прошли через охрану. Сам Симуков предположил, что их София провела как имеющая доступ в дом носительница крови, но служба безопасности натащила уже артефактов для измерений, и я решил, что попадать под них не хочу.

— И правильно, — согласился я. — Кусок архива лучше, чем ничего. И твоя безопасность — в приоритете.

— Но остальное я у него всё равно заберу, — решил Валерон. — Считаю, что взял с него только за доставку, а за злоумышление — пока нет. Времени не было глянуть, что и где. Очень быстро всё завертелось, понимаешь? А я не продумал. Осмотреться и взять компенсацию нужно было перед тем, как озадачивать Симукова. Но он слишком удобно вошел в гостиную, чтобы не воспользоваться. И вообще, я устал и хочу есть.

Это прозвучало настолько жалобно, что я сразу же распорядился принести мне перекус в кабинет, и Валерон почти всё умял, восстанавливая силы, так и заснул на столе с торчащим из пасти куском вяленого мяса — того самого, прихваченного из дома главнюка местного отделения скверников. Мясо, кстати, оказалось очень вкусным. Жаль, что поставщика уже не узнать.

Продолжение истории я узнал этим же вечером, когда к нам пришла Щепкина. Она хотела выяснить, что случилось с Лёней, но по дороге не удержалась и купила вечерний выпуск «Ведомостей». Очень уж ее заинтересовали выкрикиваемые заголовки. И теперь делилась впечатлением от прочитанного.

— Вот что значит старая кровь, — восторженно говорила она. — Князь не только обнаружил злоумышленников, пропущенных охраной, но и сумел их обезвредить в одиночку. Всех троих. Представляете, насколько они должны были быть сильными и опытными, что прошли в дом незамеченными? Жаль только, что сестра князя пострадала. К ней сразу пригласили целителей, но она, несмотря на их усилия, всё равно скончалась. Слишком серьезные повреждения оказались.

— От князя? — заинтересовался я, прекрасно помня, что София была отравлена Марией Алексеевной. До смерти отравлена, между прочим, и умерла задолго до того, как оказалась в доме брата. Что не помешало целителям имитировать ее спасение.

— Почему от князя? — удивилась Щепкина. — Здесь же написано: преступники взяли ее в заложники, а когда поняли, что проигрывают битву, убили.

— Негодяи, — сказал я. — Так обойтись с юной хрупкой женщиной.

— Симуков собирается за нее мстить. Выяснить, что за организация совершила на него налет, и не оставить от нее камня на камне. Он так и сказал журналисту: сестра не останется неотомщенной, преступники ответят за содеянное.

В газете была и фотография убитого горем князя. Вся его фигура выражала непреклонную решимость добиться справедливости и отомстить. О том, что его обворовали, в газете не было сказано ни слова.