Все захваченное и зарегистрированное ранее имущество однозначно признавалось моим без права дальнейшего оспаривания, а способ его добычи — совершенно легальным и оправданным. Я оценил. Потому как суды — это штука сама в себе, и очень сложно угадать, к какому неожиданному выводу может прийти судейская комиссия, проникнувшись доводами крючкотворов-юристов. Юристы же у нивэйцев о-го-го какие. Тем более у союза промышленников и торговцев, который в империи имеет торговое представительство и довольно серьезное торговое влияние. А тут раз — и отклонили исковое требование недружественного государства. Прям повеяло сильной и серьезной государственной машиной, аж чуть ностальгическая слеза не пошла.
И радости бы моей не было предела, если бы дальше, как водится, все мои наивные восторженные ожидания после всего, что было между мной и империей, не были несколько попраны грубым сапогом имперской же бюрократической реальности. Да, «Матадор» поставили на условно свободную стапель верфей имперского флота, да, дали доступ к резервным складам. Что обещали — выполнили до строчки. Но как-то на этом всё. И если бы не Тогот и мои незначительные познания и некоторый уже появившийся опыт, то даже не знаю, чем бы всё это закончилось. Потому как никто за бесплатно работать отчего-то не собирался. Доступ к ремонтным комплексам, как уже было сказано, нам обеспечили и даже дали некий приоритет, но вот доставку с того же склада, который, на одну минуточку, на другой стороне планеты, извольте оплатить. И отдельно не забудьте про тариф на швартовку к верфям. Ладно бы так, но всё оборудование, начиная от реакторов и заканчивая противоабордажной турелью, подразумевалось к выдаче исключительно взамен снятого с нашего корабля и сданного уже на склад ввиду недостатка в оном, вызванного военным положением. В соответствии с рескриптом таким-то, пункт тот-то… Надо ли говорить, что львиную долю из полученных невеликих наградных я тупо слил на «смазку» шестеренок этой самой бюрократически-коррупционной машины? Ну а она, в свою очередь, явно в благодарность вывела меня на совершенно новый виток отношений с имперской армией «стола и датапада», в простонародье отчего-то именуемой бюрократами. Да так, что я чуть ли не с радостью бросился в ее объятья. Даже Ива ревновать начала, хотя она в большинстве сделок была посредником, как лицо, обладающее дипломатической неприкосновенностью. Но из-за банальной бедности долго такая идиллия продолжаться не могла, и то только для запчастей особой сложности, альтернативы которым найти практически невозможно. А их, что характерно, нам тоже надо было немало.






