ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Первый том: Говорят, перед смертью вся жизнь проносится перед глазами. Враньё. Перед глазами проносятся плиты перекрытия и куски бетона. Ну а потом — новый мир, средневековье, чужое тело и печь, которую надо сложить до возвращения заказчика. Ну и система которая ненавязчиво намекает, что я или стану сильнее, или умру...

Тобас не двинулся с места, и по его лицу стало понятно, что идти к Гундару прямо сейчас он не собирается. — Рей, ты подтвердишь только про рог, — негромко возразил он, покосившись на костер. — Ценная вещь, не спорю, но за попытку украсть рог никому ничего серьезного не будет. Подзатыльник и предупреждение, вот и все наказание, изгонять в такое время за украденную вещь это как-то слишком. Зато их возьмут на заметку, будут следить, и… — Следить и так есть кому, — перебил Тобас, и в голосе его прозвучало упрямство. Раньше он с таким же упрямством лез в драку, а теперь вот следит за ворами.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Никаких больше жердей, воткнутых в жидкий грунт, никаких хомутов, которые земля не держит.

Плот ложится на дно, ворот стоит на прочных бревнах, а посередине оставлен проем, через который волоски пойдут наверх. По сути, плавучая платформа с лебедкой и дырой в центре для подъема тяжестей с глубины.

Оставался вопрос, как затащить первый волосок на ворот, но и тут решение нашлось, пусть и не самое элегантное. Перед тем как начать создание конструкции, я поэкспериментировал. Подошел к кромке жижи, подцепил один волосок при помощи рыбешки, насаженной на длинную палку, и приподнял его повыше.

Волосок ухватился за рыбу, потянул, а за ним потянулись соседние, цепляясь друг за друга, и вот уже целый пучок свисает с палки и тянется наверх. В общем, останется только перекинуть волосок через барабан и зафиксировать, ну а дальше по накатанной, крути и наматывай. По крайней мере в теории все выглядит убедительно, а на практике сейчас проверим.

Спихнули плот на воду, и он с тяжелым плюхом сел на дно, выдавив из-под себя облако мутной жижи. Глубина тут по колено, плот утонул сразу и встал ровно, как я и рассчитывал, а на поверхности торчат только распоры ворота и сам барабан. Сзади растяжки из волосяной веревки намертво привязали к трем деревьям, потому что потопить нас волосянка сможет легко, а вот сдернуть на дно конструкцию, которая и так на дне лежит и привязана к трем стволам, будет куда сложнее.

Подцепили первые волоски, перекинули через барабан, и давай крутить. Больд стоял чуть в стороне, на мелководье, на подстраховке, готовый в любой момент ухватить веревку или оттащить кого-нибудь от ворота. Вельт налег на рычаг с одной стороны, мужик покрепче с другой, и поочередно, не торопясь, они начали накручивать на барабан все большую копну волос.

Подползали новые, цеплялись за намотанные, тянулись вверх и ложились на барабан виток за витком. Иногда волоски норовили обвить ноги, и их приходилось обрезать, стараясь не дергать лишний раз, чтобы не злить тварь раньше времени. Вельт крутил размеренно, без суеты, и по его сосредоточенной физиономии было понятно, что прошлый неудачный опыт он запомнил крепко и повторять не собирается.

Натяжение росло постепенно, и где-то через полчаса стало ощутимо тяжелее. Волоски больше не расслаблялись, напряжение в них стояло постоянное, и ворот уже не проворачивался одним движением, приходилось упираться и налегать.

А потом наступил момент, который я уже узнаю по ощущениям. Волоски разом прослабли, и мы успели провернуть барабан, намотав еще пару витков. Вельт среагировал мгновенно, прижался к рычагу всем телом и уперся ногами в распоры, потому что знал, что будет дальше.

Рывок пришел такой, что затрещали бревна и натянулись растяжки.