ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

И врос Норлан, колдун с древней кровью из далекого северного королевства, едет в столицу Империи ради встречи с самим Императором. Он желает получить ответы на мучающие его вопросы. А еще стремится обрести достойное место в этом мире. Ведь вернуться домой ни с чем Ив не может. Там осталась женщина, ради которой он и согласился на это путешествие. Только большой город разительно отличается от привычной лесной глуши. Здесь кипит своя жизнь. И плетутся совсем иные интриги. Опасная паутина темных сил и человеческой жестокости, которая не ведает границ, уже ожидает молодого колдуна.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Наконец Хелвит со вздохом опустился обратно на лавку, а его брат осведомился у хозяина дома:

– Где у вас тут вход на чердак?

– Со двора, – тот отпустил жену и заспешил к выходу. – Проводить вас?

– Извольте, любезный, – мастер над зачарованным оружием положил свой тяжелый пернач на лавку подле брата-близнеца, снял плащ, в котором явно будет несподручно лезть на чердак, а затем вынул из ножен у пояса длинный кинжал. – И фонарь захватите.

Селянин послушно снял с крюка у входа масляный фонарь и вышел вместе с Бергардом.

– Имп? – переспросил Иврос, когда дверь за ними закрылась. – Никогда с ними не сталкивался.

– Маленькая бестия вроде паразита, – Керика пустилась в объяснения, продолжая внимательно наблюдать за действиями брата. – Они обычно селятся в перелесках, где много птиц и мелких животных, например крыс или кроликов. Но могут устраивать гнезда и в деревнях, особенно на зимовку. Один-два импа не представляют вреда – могут за сезон заморить пару куриц, но не более. Однако они становятся настоящим бедствием, если расплодятся.

Авериус полез под плащ и извлек из поясной сумки тонкий скальпель, похожий на спицу или вязальный крючок с небольшим загибом на конце, а потом достал круглый пузырек с матово-молочной жидкостью. Вытащил зубами пробку, распространив по комнате острый запах спирта. Макнул скальпель.

Когда металл коснулся ранки и девочка застонала во сне, ее мать охнула и зажала рот ладонями. На глазах несчастной выступили слезы страха за свое беззащитное дитя.

– Не нужно бояться, добрая женщина, – глубокий, ровный голос Ивроса заставил ее перевести взгляд на колдуна. Тот смотрел спокойно. Взор его был тяжел, но не пугал ее так, как произошло с излишне дерзким кузнецом. В темно-карей бездне плескались искры золотого моря, умиротворяющие. – Твоя дочь в надежных руках.

Женщина нервно кивнула. Мельком глянула на двоих младших детей, которые даже носа не высовывали из-за сундука.

Авериус Гарана тем временем аккуратно прочистил ранку, вытянув из нее тонким скальпелем студенистый сгусток крови, похожий на нить.

– Скорее всего, имп устроил себе гнездо для зимовки на чердаке, а дети его случайно потревожили, – продолжала Керика Гарана. Она все еще держала свечу одной рукой так, чтобы Авериусу было удобно работать, а другой извлекла из поясной сумки чистую белую тряпицу, пахнущую травами, и протянула ее брату, чтобы тот вытер слизь со скальпеля. – Он укусил… Кенну, – Керика припомнила имя, которое называл хозяин дома. – Пытался защищаться. А потом, наверное, попробовал опять уснуть, но не смог. И захотел есть. Импы охотятся на манер некоторых хищников, которые сначала помечают свою добычу, а потом потихоньку питаются ее лимфой и кровью. Но более всего любят спинномозговые жидкости.

Мать снова ахнула.