Эти ярко-алые волосы и стройный стан под темно-синей тканью шерстяного платья…
Быть может, он ошибся и Авериус что-то не договорил ему о своих планах? Могло ли случиться такое, что она не осталась в Нордвуде? Что в дороге их обогнали?
Она стояла к ним спиной, занималась тем, что заворачивала в плотную бумагу букет для посетительницы. Но вдруг замерла.
Моток красного шнурка выпал из ее рук и бодро покатился по проходу, попутно разматываясь.
Женщина медленно повернула за ним голову.
Нет, не за ним.
Она словно услышала что-то снаружи. Улыбка расцвела на ее прекрасном лице, когда она увидела, как спешивается ее муж.
Иврос шумно выдохнул через нос, то ли с удивлением, то ли с очевидным облегчением.
Евания и Гвинейн Гарана были похожи самым невероятным образом, будто сестры. Причем мать выглядела ненамного старше дочери.
Импери слез с коня, не сводя глаз с женщины. Он рассеянно взял в руку поводья Кошмара, которые торопливо вручил ему мастер над проклятиями.
Колокольчик на дверях цветочной лавочки звякнул, пропуская хозяина внутрь.
Евания обвила шею мужа руками, прижалась к нему. А он обнял ее в ответ и сдержанно поцеловал в щеку. Супруги обменялись парой фраз, а затем Авериус Гарана снова вышел на улицу.
– Пойдем отведем коней в конюшню, она прямо за домом, – позвал архимаг. – Конюшня у нас общая с соседями. Я ею редко пользуюсь, обычно оставляю Кошмара в Академии. Но туда мы сходим позже.
Иврос послушно последовал за ним.
Конюшня во внутреннем дворе и вправду была общей. Не слишком просторной, но теплой и чистой. Коней передали на попечение мальчишки-конюха. Беднягу едва ли обрадовало возвращение норовистого Ночного Кошмара, но он несколько успокоился, когда услышал, что еще до вечера лошадей уведут в Академию.
Мальчонка обрадовался окончательно, когда получил от архимага целый золотой, и пообещал накормить коней и привести их в порядок. Авериус Гарана коротко кивнул ему и заторопился обратно в лавку. На какое-то мгновение про Ивроса он даже позабыл.
Норлан забрал свою седельную сумку с нехитрыми пожитками, потрепал по шее Вереска, шепнув ему на ухо, чтобы тот отдыхал и ничего не опасался, а затем направился следом за архимагом, обнаружив того посреди цветочной лавки.
Сквозь витрину Ив увидел Еванию. И, судя по нахмуренным бровям женщины, что-то ее явно не устраивало.
Звякнул колокольчик на входной двери. Иврос с неведомым прежде чувством скованности и нерешительности вошел внутрь. Он с почтением склонил голову, желая поприветствовать добрую хозяйку, но даже сказать ничего не успел.
Яркие фиалковые очи заставили его замереть на пороге. Она смотрела на чужака так, будто в ее дом явился сам дьявол, а не уставший с дороги путник.
Евания Гарана скрестила на груди руки, с вызовом задрала подбородок.






