Поддерживаемая под руку внучкой, Фелипа добрела до Томасы поздравить ее с замужеством Розиты.
— Эрлинда говорит: жених — парень хоть куда.
— Красавчик, да и только, — подтвердила Эрлинда. — Но что-то уж больно скоро они поженились.
— Запрети я ей — она бы зачахла от огорчения, — объяснила Томаса.
— Да, она только о нем и говорит.
Посидели они недолго. Линда куда-то торопилась, а ей еще нужно было отвести домой еле передвигавшуюся Фелипу.
— Куда же ты, на ночь глядя? — спросила Томаса. — Все за больным за этим ухаживать?
— Да, — коротко ответила Линда, на прощанье целуя Томасу в щеку.
— Бедная девочка!..
— Я хотела, чтобы она днем работала, так она говорит: кто же будет днем дома хозяйствовать? Я-то ведь совсем слепая, — пожаловалась Фелипа.
Они ушли, и Томаса почувствовала, что теперь, кроме попугая, ей не с кем и поговорить. Со слезами сна стала жаловаться попугаю, что, может, в доме новых родственников их Розиту обижают.
— Р-рикар-рдо! — уверенно напомнил ей попугай.
— Вот и я на него надеюсь… подожду два-три дня, а уж там, если Розита нас не навестит, сама туда потащусь.
Роза устала от шума, ей хотелось остаться вдвоем с Рикардо. Наконец удалось увести его в комнату, отведенную для них Дульсиной.
— Разве тебе не хочется спать? — спросила она.
— Ты хочешь, чтобы я спал здесь?
— Конечно. Ведь так положено?
— Пожалуй.
— А кроватища гляди какая ровная. Не то что мой тюфяк!.. Теперь я буду спать с тобой? Ты же мой муж.
Рикардо в замешательстве бродил по комнате.
— Ты переоденешься в ночную рубашку? — спросил он.
— А у меня ничего нет.
Он вышел из комнаты, отправился к Дульсине и вернулся с ночной рубашкой для молодой жены. Отдав ее Розе, он немного помедлил.
— Ну, до завтра… Роза смотрела на него.
— А… а все брачные ночи такие? — вдруг сказала она.
— А ты как думаешь? — сказал Рикардо, просто чтобы не молчать.
— Не знаю… Я ведь первый раз замужем. Ты меня любишь? Я, удавиться мне, буду мыться каждый день и хорошо одеваться. Как эти ваши женщины. Чтобы тебе нравиться…
Рикардо вдруг порывисто обнял ее.
— Ох, Роза, что же я наделал!
— Как что — на мне женился.
— Ну и прохвост же я!
— Разве ты меня не любишь?
Он молчал только одно мгновение.
— Я люблю тебя, люблю, люблю!
Он запрокинул ей голову решительным поцелуем и погасил свет.
Проснувшись утром, Роза не обнаружила рядом Рикардо. Она отправилась искать его по всему громадному дому.
Первая, кого она увидела, была Леопольдина. Роза решила заговорить с ней:
— Слышьте! Как вас зовут-то? Леопольдина как будто и не слышала вопроса.
— Чего не отзываетесь? Леопольдина молчала.
— Что же, мне вам кличку давать? Я могу. Вот буду, например, звать вас… вороной.
— Нахалка!
Это не произвело на Розу никакого впечатления.






