Если проверить его по справочным службам, наверняка сообщат, что он числится пропавшим без вести. Он оказался вырван из реального мира — как глубоководная станция и «Фатом».
Заинтригованный подобным предположением, Джек решил лично проверить его правдоподобность. Он позвонил адмиралу Хьюстону, который все еще находился в Сан-Диего. Адмирал был потрясен, услышав голос Джека через столько лет, в течение которых они не виделись и не общались.
— Черт меня возьми! — обрадовался Хьюстон. — Ведь я только сегодня вспоминал тебя, Джек! Во время солнечного затмения!
После обычного обмена любезностями и вежливых вопросов о самочувствии друг друга Джек торопливо поинтересовался, не может ли адмирал сделать ему одолжение и разузнать, где находится друг Джека, лейтенант Кен Рольф. Через пару часов адмирал перезвонил.
— Джек, ты знаешь что-то такое, чего не знаем мы? — с подозрением в голосе спросил он. — Час назад из Турции пришло сообщение о том, что твой друг пропал без вести в ходе выполнения специального задания на границе с Ираком. А вместе с ним исчез еще один твой старый друг.
— Мой старый друг? — удивленно переспросил Джек.
— Дэвид Спенглер.
Джек ничем не выдал своей радости и, вежливо поблагодарив адмирала, повесил трубку. В течение некоторого времени он молча сидел и размышлял. Значит, Дэвид так и остался покойником и, возможно, до сих пор находится в брюхе гигантского спрута. Эта огромная тварь, видимо, гнездилась где-то поблизости от колонны. Джек испытал укол жалости. Живой и здоровый, он позволил себе роскошь посочувствовать человеку, столь бесславно и страшно закончившему свой путь. Дэвид стал заложником того метода воспитания, который избрал для него отец, и того, что тот же отец с ним вытворял. Так кого винить в том, что он превратился в чудовище? Впрочем, Джек понимал: ответ на этот вопрос лежит вне сферы его компетенции. Наконец Лиза пригласила всех к столу, и это приглашение было встречено с неописуемым энтузиазмом.
Теперь, когда солнце опускалось за горизонт, он сидел за столом в окружении своих веселящихся товарищей. Напротив него поместился Кендалл Макмиллан — в шортах и свободном пуловере, наряде, совершенно не характерном для этого чопорного человека.
— Капитан, — неожиданно заговорил Кендалл, — у меня есть просьба.
— Какая именно?
Банковский служащий откашлялся и твердым голосом заявил:
— Я хотел бы официально стать членом вашей команды.
Вот так новость! Кендалл всегда старался держаться подальше от остальных, а теперь просится в команду. Джек подозрительно нахмурился.
— Уж и не знаю, нужен ли на «Фатоме» штатный финансовый консультант.
— Понадобится, когда вы все станете миллионерами, — пробормотал Кендалл, уткнувшись в свою тарелку.






