ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Дневник, смартфон, тетрадка. Сменка, рюкзак, зарядка. Учебник, атлас и пенал. Пачку зелий тоже взял. Вопрос в том, где добыть цветы? Покупать не стану, Тогда клумбы зачем вообще нужны? Или выкопать вон тот у стены? Эх, пока буду выбирать, простыну. Ап-чхи! 1 сентября, в школу мне пора. Зачем вообще она нужна? Не вольный пленник я таланта, Теперь тюрьма мне – парта!

Что нужно признать: моя подготовка мне стала казаться избыточной уже во время боя. Я не знаю, зачем за мной отправили маньяка по фамилии Петренко, но его сила мне показалась не столь высокой. После победы над ним, конечно. Однако его обмундирование казалось также сильно отличным от того, что я ожидал от копеек, пусть даже мажоров: слишком много всего! Поразмыслив, я предположил, что он всего лишь марионетка, живое оружие для моего истинного противника. Подобно буратинкам или шахматам. Скажу честно, я в какой-то момент задумался о призыве подобного защитника.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Погода внесла коррективы.

После ванны я отвлёк носительницу влаги кушаньями.

— О, холодец! — легко повелась девица.

Я болтал с ней на разные отвлечённые темы, но всё больше удивлялся: она достигла минимум 188 сантиметров, если судить по холодильнику.

Из-за некоторого мандража перед запланированным событием, мой мозг фиксировался на разной ерунде.

Нет, она выше холодильника, 190? Определённо где-то так.

— Ты сам не будешь? — уточнила Агата, отрываясь от кушанья.

— Не, я майонез, хрен и мёд не очень люблю, особенно вместе, — заявил я.

— Много упускаешь.

Возможно.

Но на рост это определённо не влияет, иначе бы ел. В отличие от Агаты остальные её сёстры не выше 165 сантиметров, а братья около 170. В этом они в маму, которая у них была весьма невысокой. Хотя их отец Павел весьма рослый, но точного его роста выведать не удалось ни у одной из сестёр.

Мои мысли упорно скакали на всякую ерунду, я даже не заметил, как мы перешли к металлическому чехлу для искусственного человека.

— Что-то эта совсем мелкая, — пробормотала други, отставив в сторону крышку. — Красивая, на пупсика похожа. Я осмотрю?

— Ну, для этого ты и нужна. В темноте на ней не обнаружилось никаких узоров, — заявил я.

— Узоры на металлической поверхности гроба. Она не совсем гомункул, скорее «вторичная плоть», то есть запасное тело. Видишь вот этот узор? — Агата показала неправильную спираль с кругом по центру, а внутрь был вписан какой-то цветок.

— Вижу, и что? — уточнил я.

— Так как я хотела создать гомункула с маминым духом, то изучила все символы, которые поставили передо мной вопросы.

— Какие символы?

— На гробу Голь, ага.

— А, и что?

— Вот этот символ активируется при смерти хозяйки или активации ей магической структуры. Как это сделать я не выяснила, но в Египте так пирамиды охраняются, — заявила Агата. — Хотя узоры на гробу всего лишь вторичны. Главный вот здесь у неё на языке, а также вот тут несколько точек на затылке.

— В смысле? Ты же сказала, что это призыв души, — напомнил я.

— Ага, в Египте так привязывали души к телам после смерти. Они вылетали и возвращались при нарушении покоя гробниц фараонов. Алхимики и маги экспериментировали так после Исхода Волшебства. Но так было всего в паре пирамид, далеко не во всех. Очень много выдумано.

— Ты мне скажи, ты вот с этим тельцем справишься? При «анализе» у неё характеристики не выше 1, но волшебство и разные статы могут быть завязаны на душу, — уточнил я.

— Я не проиграю, — уверенно заявила моя действующая жена, затем резко сделала один шаг ко мне. — Но в обмен на помощь, мне нужна твоя кровь!

— … — я в первое мгновение подумал о чесноке и осиновом коле, но первым от холодцеедки и так разит, а осина други точно не страшна. Так что я решил уточнить. — Зачем? Всё-таки это моя фраза.