— И смотри мне, Вася, если с девушкой или патологоанатомом произойдёт хоть что-нибудь…
Я многозначительно погрозил охреневшему Василию пальцем, затем, не обращая внимания на главаря, который рухнул на колени и согнувшись пытался то ли откашляться, то ли надышаться, залез в черный джип.
Глава 20 Страшнее всего — предательство, которое ты не видишь…
— Кто-нибудь, объясните мне, какого хрена происходит? Что это за долбаный Оби-Ван Кеноби размахивал светящимся мечом? Почему он бегает, как чертов бурундук из мультика, обожравшийся энергетиков? Я хочу объяснений! — Потребовала Мария Сергеевна раздражённым тоном.
Вообще, конечно, она совсем не была похожа на прекрасную невинную жертву, нуждающуюся в спасении. Жаль… А я всегда мечтал сыграть роль героя-любовника.
Ладно… Вру. Не мечтал. Спасать девиц — точно не мое амплуа. Но Мария Семёновна, скажу честно, продолжала меня впечатлять.
Не будь я уверен на сто процентов, что в ней плещется Благодать, поставил бы все же на Флёр. Слишком уж непохожа девица на архангельского отпрыска. Ураган, а не девка. Но… Падшие не плодят полукровок.
Нет, красота блондинки никуда не делась, это понятно. В гневе она особенно была хороша. С невинностью возникла проблема.
Пока майора вместе с грустным патологоанатомом вытаскивали из машины, пока под белые ручки заводили в старую полуразрушенную церковь, дамочка блеснула великолепным знанием родного языка в лучших его проявлениях.
— Вы знаете, кто я? Придурки! Вы на сотрудника полиции напали! На сотрудника при исполнении! Да вам конец, идиоты! Вы в курсе, вообще, какие сроки светят за подобные выкрутасы?
Это я просто передал смысл ее слов. Прилично передал, исключительно только суть.
На самом деле все гневные возмущения блондинки сопровождались такими выражениями, что я даже зауважал товарища майора. Брань в ее устах звучала как произведение искусства. Люблю, когда люди ко всему подходят профессионально.
Другой вопрос, что угрозы майора отлетали от парней, как резиновые мячики от стены. С таким же успехом можно было разбежаться и убиться головой о бетонную преграду. То есть, усилий много, а в ответ ты получаешь большую, дымящуюся тарелку нихрена.
Парни вообще слегка загрустили. По крайней мере, те двое, что ехали в одной машине со мной, не сказали больше ни слова.
Я чувствовал сковывающее их напряжение, но мне было очень плевать на это. Я настроился, что в конце пути мы должны оказаться там, где нас ждет кто-то более серьезный, чем накаченные крепыши.
Парни с бритыми головами — всего лишь исполнители для грязной работы, не более. В идеале, конечно, я был бы не против встретиться с кукловодом. Но повезёт ли мне настолько? Не знаю.
Однако другие кандидатуры, стоящие в этой цепочке выше чем крепыши, тоже устроят.






