Её светлость отдыхает. А вот сын хочет познакомиться с отцом, ваша светлость, — и Лебедев протянул мне свёрток, показавшийся мне практически невесомым.
Я взял его очень осторожно, боясь сжать, чтобы, ни дай Рысь, не причинить боли. Мой сын заворочался интенсивнее, и я беспомощно посмотрел на Ольгу.
— Женя, да прижми ты его уже к себе посильнее, — раздался сбоку голос деда. — Что ты сына как над пропастью держишь? Даже мне страшно становится, — он подошёл ко мне и с любопытством заглянул в одеяло. — Сразу видно, что Рысев. Как ты его назовёшь?
— Мы с твоей матерью до хрипоты спорили и решили, что назовём тебя Игорем. Ну а что, Игорь Евгеньевич, князь Игорь, по-моему, звучит, — ответил я на вопрос деда, обращаясь при этом к сыну.
— Дай мне правнука, — дед протянул руки, и я с неохотой отдал ему ребёнка.
Дед о чём-то говорил, я же склонился над сыном, так сильно вглядываясь в маленькое личико, что картинка внезапно зарябила, и перед глазами начали мелькать разрозненные кадры.
Я стою перед столом с наброшенной на плечи курткой и говорю с кем-то по телефону.
— Лейтенант Рысев, Росгвардия. Сигнал поступил, что на территории охотугодий вооружённые люди. Возможно, браконьеры, — отрапортовал я заспанному сержанту, который пару минут врубался, что к чему.
— Ну так съезди, проверь, — недовольно пробурчал он.
— Без участкового?
— Может, тебе ещё прокурора разбудить? — ехидно предложил сержант. — Ну а что, она баба молодая, местами даже красивая. Одинокая опять же. Совместишь охоту на браконьеров с романтическим свиданием.
Картинка уплыла, а вместо неё пришла другая.
УАЗик в тёплом гараже решил сегодня не выделываться и даже почти сразу завёлся. Я ехал по заснеженной дороге до затона. Вышел из машины и практически сразу услышал крик, словно ребёнок заплакал. Темнота, выстрелы, в голове всё перепуталось, хотя точно знал, что многие звери такие звуки издают. И ведь никакого оружия с собой нет, но всё равно ломанулся, как тот лось, ориентируясь на звук.
Непонятно, кто это был, я их не разглядел, лишь потом лица сами собой всплыли в памяти. Раздался выстрел. Мне даже не больно, просто ноги почему-то перестали держать. Я упал и встретился глазами с затухающим взглядом убитой этими уродами рыси. Жёлтые пронзительные глаза уже начали терять свою прозрачность, а меркнущее сознание с удивлением отметило, как две дорожки крови, моя и убитого хищника, начали сливаться в одну, перемешиваясь.
Последнее, что услышал перед тем, как меня накрыла темнота, крик, переходящий в визг: — Ты что наделал, идиота кусок⁈ Ты мента завалил! Валим отсюда!
— Женя, — я встрепенулся и помотал головой, приходя в себя и сталкиваясь с обеспокоенным взглядом деда. — Что с тобой?
— Голова немного закружилась, но теперь всё нормально.






