ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Вот это я попала, так попала! Но хорошо, что хоть жива осталась, а все прочее... Эта чучелка сказала, что раз у нас положено три желания исполнять, то она три и исполнит – а остальное уж от меня зависит. И если она не пошутила – но тут уж точно не шутки: оказывается, что я, в принципе того не осознавая, проплыла по морю сто миль! Ну, поменьше, однако всего-то за двое суток, а вот как – это уж точно никому и никогда понять не получится. Ну и не надо, причем даже мне не надо, а вот насчет трех желаний все же проверить очень хочется. И проверять я начну… вот доберусь до квартиры – так сразу и начну: в любом случае хуже уж точно не будет А будет ли лучше? Будем посмотреть.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

— Нет, задница там была во время «большого скачка», а теперь, с началом культурной революции, там уже именно жопа, глубокая и беспросветная.

— Ну, хоть это ты понимаешь… задумчиво проговорил Владимир Ефимович, — а тогда какого же рожна…

— Ну я же дочь дипломата, даже двух дипломатов, и дипломатические слова и жесты не только понимаю, но и сама умею их проводить. О том, что в Китае руководит всем болван с двумя классами образования, знают не только во всем мире, но и в самом Китае. А в руководстве Китая многие знают и о том, что руководит он, больше полагаясь на советы своей жены, бывшей проститутки. И многие этим очень недовольны — но эти недовольные понимают, что даже если Мао внезапно, в результате тяжелой и продолжительной, помре, лучше в стране точно не станет: Китаю никто подняться не поможет, а наоборот, постараются их вообще в грязь втоптать.

— Ну и? Продолжай, — Владимир Ефимович поглядел на меня с хитрым прищуром.

— А культурная революция — это уничтожение всей старой китайкой культуры, которое тоже многим не нравится. И вдруг появляюсь я, вся из себя в белом защитница традиционной китайской культуры. Мао ее гнобит, а я ее поддерживаю — а что это значит для противников этого недоучки?

— Ну ты же нам это сейчас расскажешь и просветишь нас, малограмотных, — усмехнулся Леонид Ильич.

— Это значит, что я намекаю: противников Мао Союз готов поддержать. Как — это, вон, Владимир Ефимович по своим каналам уже договорится, на него через Андрея Андреевича после второго моего выступления нужные нам китайцы максимум через неделю выйдут. Получится ли договориться — я не знаю, это уже не мой уровень компетенции, я всего лишь подготовлю площадку для контактов…

— А девочка-то дело говорит! — хмыкнул Семичастный. — А почему с нами перед выступлением не посоветовалась?

— С вами… с вами я по другому поводу советоваться буду, мне с гучженами ноты прислали интересные, но я-то не профессиональный дипломат, а любитель, нужно такой музыкальный намек сделать, чтобы его поняли лишь те, кто такого ждет. А Цзян Цин хоть и портовая, но все же актриса, в музыке немного разбирается…

— Послушаем. Да, ты голодная? Мы как раз ужинать собрались…

— А Елена Александровна…

— Ты себя уже в третьем лице? А… она уже ужинает, потом отдохнет и домой тебя отвезет. Тогда последний вопрос: а ты успеешь к следующему воскресенью еще одну такую же… китайскую передачу подготовить?

— Делов-то куча! Успею… только вот Беляевой нужно, мне кажется, зарплату повысить и доплату за эфир поднять, а то что это такое: ведущая самой популярной музыкально программы сидит на окладе в сто десять рублей и по три с полтиной за эфир получает.