ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Первый том: Говорят, перед смертью вся жизнь проносится перед глазами. Враньё. Перед глазами проносятся плиты перекрытия и куски бетона. Ну а потом — новый мир, средневековье, чужое тело и печь, которую надо сложить до возвращения заказчика. Ну и система которая ненавязчиво намекает, что я или стану сильнее, или умру...

Ренхольд стоял в задних рядах и считал всадников. Тридцать голов, не меньше, все в полном облачении, с гербами лорда Рагдара на нагрудниках, и лошади загнаны до такого состояния, что бока у них ходили ходуном, а с удил свисала серая пена. Кто-то гнал этих людей сюда так, словно от скорости зависела чья-то жизнь, и это одновременно настораживало и обнадёживало. Настораживало, потому что строительных инспекторов среди прибывших не наблюдалось. Ренхольд знал каждого из них в лицо, и ни одно знакомое рыло из-за кольчужных воротников не торчало. Ни Игвар, ни кто-либо из его помощников, ни даже какой-нибудь мелкий писарь с реестром и чернильницей.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Разве что последние закладки в угольных ямах не понравились. Вроде ямы неплохо продуманы, продухи достаточной ширины, но среди угля нашлось довольно много плохо прожжённых кусков, так что они пошли на второй заход. Может, маловато дров на растопку кладём? Или сыроватые дрова поставляют. Я-то сам, когда выбирал, внимательно следил за качеством и сухостью каждого полена.

— Иди пока, доешь ужин, — махнул штрафнику в сторону навеса.

Тот с радостью убежал под навес греться, подкинул пару деревяшек в костёр при входе, но всего пару, чтобы не спалить крышу.

Ну а я посидел и посмотрел, как идёт процесс. В известковую яму Основа поступает из железного угля, это понятно и работает без моего участия. Но вот с самим углём поступили несправедливо, пустив процесс пиролиза на самотёк. Одиннадцать единичек в запасе есть, пока посплю, восстановится ещё минимум пять, обычно так бывает после сытного ужина. Может даже шесть или семь, если повезёт, такое тоже бывало. А значит сама вселенная велит поделиться с этим миром своими ресурсами.

Подошёл к ямам для пиролиза, положил ладони рядом с горячей глиной и выпустил по капле Основы, направляя мягкое тепло в процесс. Как обычно, часть энергии ушла в землю, рассеялась в грунте и камнях, но какие-то крупицы добрались до цели и жадно впитались углём. Ну всё, ребята, больше на сегодня сделать не могу. Доброй ночи, тлейте на здоровье.

Вернулся к яме с известью и почувствовал зуд в пальцах, который обычно означает желание запустить анализ. Не стал, разумеется, Основу на это тратить глупо, но и без анализа кажется, что температуры маловато. Жару бы поддать, аж зудит в одном месте.

Посидел, посмотрел на огонь, порадовался тому, какой жар даёт железный уголь по сравнению с обычным, хотя кажется, что этого все равно недостаточно. У меня скоро будет промышленный горн, и к нему стоит относиться бережно, беречь каждый кирпич и каждый шов. А пока есть ямы, которые не жалко, почему бы не попробовать одну мыслишку?

Положил руки на край ямы, закрыл глаза, сконцентрировался. Созидание я в огонь уже пускал, и не раз, и каждый раз оно вело себя мягко, подкармливало процесс, добавляло тепла, как заботливая бабушка подливает масла в кашу. А что будет, если вместо Созидания направить Разрушение? Никогда раньше этого не делал, просто не приходило в голову, а ведь известняк нам надо именно разрушить!

Потянулся к ощущениям внутри, к той второй дорожке, которая идёт параллельно Созиданию и требует совсем другого настроя. Выпустил одну единицу, так, на пробу, и направил её в огонь, как обычно, быстро и хлестко.

[Основа: 10/15 → 9/15]

Вспышка!

Столб пламени ударил в небо и разметал черепки, которыми была прикрыта яма. Жар полыхнул по лицу так, что я отшатнулся, потерял равновесие и сел на задницу, ощупывая пальцами брови.