ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Первый том: Говорят, перед смертью вся жизнь проносится перед глазами. Враньё. Перед глазами проносятся плиты перекрытия и куски бетона. Ну а потом — новый мир, средневековье, чужое тело и печь, которую надо сложить до возвращения заказчика. Ну и система которая ненавязчиво намекает, что я или стану сильнее, или умру...

Ренхольд стоял в задних рядах и считал всадников. Тридцать голов, не меньше, все в полном облачении, с гербами лорда Рагдара на нагрудниках, и лошади загнаны до такого состояния, что бока у них ходили ходуном, а с удил свисала серая пена. Кто-то гнал этих людей сюда так, словно от скорости зависела чья-то жизнь, и это одновременно настораживало и обнадёживало. Настораживало, потому что строительных инспекторов среди прибывших не наблюдалось. Ренхольд знал каждого из них в лицо, и ни одно знакомое рыло из-за кольчужных воротников не торчало. Ни Игвар, ни кто-либо из его помощников, ни даже какой-нибудь мелкий писарь с реестром и чернильницей.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

— Что они туда насыпать собрались? У меня дед, когда дом закладывал, выкопал по колено и камнем заложил, и что? Стоит до сих пор!

— Дед? — уточнил Ларг.

— Да дом, придурок! Стоит, чуть скривился, но стоит же.

— Значит, дураки у нас строители. — резюмировал стражник.

— Ну, тоже не сказал бы, — напарник поскрёб подбородок и задумался ровно настолько, насколько позволяла глубина его познаний в строительном деле. — Малг вон пацана этого, хорговского, попросил что-то с ветром придумать на вышке. Так он какую-то хитромудрину соорудил из палок, теперь и видно хорошо, и ветер дует совсем не так! Представляешь? Я бы вот никогда не догадался.

— Да, про пацана в последнее время часто слышу, — согласился Ларг и переступил с ноги на ногу, разминая затёкшие ступни. — Может, бес в него какой вселился? Помнишь, ещё недавно за ним глаз да глаз надо было, бездельник только и думал, как бы что стащить.

— Может, Хорг бухать перестал, взялся за пацана, — напарник пожал плечами. — Да и сам пацан явно не глупый. Просто не хватало жёсткой руки.

На этом тема строительства себя исчерпала и плавно перетекла в обсуждение важности воспитания подрастающего поколения. Ларг придерживался мнения, что мелким необходим постоянный надзор, иначе они непременно вырастут ворами и лентяями. Напарник с ним не спорил, но добавлял, что важна не только строгость, но и пример, на что Ларг резонно возражал, мол, какой пример, если половина деревни пьёт, а вторая делает вид, что не замечает. Разговор шёл по кругу и грозил продлиться до самой смены, но прервался неожиданно.

— Слушай, а лампы чего так слабо светят? — Ларг покосился на ближайший масляный фонарь, закреплённый на столбе. — Опять масла не подлил?

— Подливал, почему же не подлил? — возмутился напарник.

— Ага, а чего тогда лампы гаснут? И костёр какой-то тусклый. Опять дрова мокрые подсунули.

— Ну дрова может и мокрые, — напарник поднялся и направился к костру, который и правда горел как-то вяло, хотя вроде бы тепло дает, а света почти нет. Подбросил пару поленьев, помешал угли, подул, но пламя только лизнуло свежую древесину и снова осело, будто ему не хотелось гореть.

После проверил лампы, но там тоже все ака-то странно, масло на месте, фитили целые, а свет всё равно какой-то жидкий, тусклый, точно пропущенный через грязное стекло. И факелы освещают от силы пару метров вокруг, дальше сплошная чернота.

— Чертовщина какая-то, — нахмурился Ларг и потянулся за копьём, прислонённым к столбу, и как раз в этот момент со стороны черного проема ворот послышался шорох.

И пусть раньше ворота были совершенно никудышние, за ними даже от ветра не спрячешься, не говоря уже о какой-то угрозе. Но за ними хотя бы ощущалась какая-то преграда между деревней и тем, что живёт за её пределами.