ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Он не герой и не бандит. Он просто человек, которому жизнь всё время подкидывает проблемы. Тюрьма, одиночество, враги, армия, странная служба и люди, которым нельзя до конца доверять. Он не собирался никого спасать и ничего менять. Он просто хотел спокойно жить. Но иногда, чтобы спокойно жить, приходится отстаивать это право в драке, а иногда и с оружием в руках. Книга о выживании, мужской дружбе, ошибках и о том, что жизнь редко даёт второй шанс просто так. Его приходится вырывать самому.

Чего ты там своей Кате наговорил, что она меня так подставила? — Я бурчал себе под нос проклятия на голову прапорщика и его подруги — Ну почему, почему это всё со мной происходит⁈ Молодой лейтенант дрых без задних ног на боковом сидении под гул самолета, у его ног валялся рюкзак и опечатанный портфель, с нашими личными делами, а я сидел напротив, проклиная свою судьбу. Летёха был скорее всего с будуна, весь помятый, да и вообще, выглядел не очень-то презентабельно. Обычная полевая форма сидела на его поджаром теле как балетная пачка на корове. Полушерстяной китель был выгоревший на солнце, из-под воротничка виден когда-то белый, а теперь грязно-серый подворотничок.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Воронцов шёл рядом мрачный, как на похоронах. Морозов замыкал процессию и выглядел так, будто увидел что-то крайне для себя забавное.

Никто не сказал ни слова. Вообще никто. Только где-то в дальнем конце казармы у кого-то из рук на пол упала фляжка и звякнула так громко, что все вздрогнули.

Я прошёл к своей койке, чувствуя на себе взгляды всей роты. Не просто любопытные. Ошарашенные. Неверящие. Как будто в часть только что привезли не обычного салагу, а какого-то психа, который в первый же вечер опрокинул местный порядок с ног на голову.

Максим медленно поднялся мне навстречу.

— Ты… — начал он и осёкся.

Я сел на койку и только теперь почувствовал, как руки слегка дрожат.

— Живой, — сказал я.

Он перевёл взгляд мне за спину, туда, где сержанты уже исчезали в коридоре с Горгадзе.

— А это тогда что было?

Я посмотрел на него.

— Короткий разговор.

С другого конца казармы кто-то тихо выдохнул:

— Ни хера себе пополнение нам подкинули…

И это было первое, что кто-либо помимо Максима сказал вслух после моего возвращения. Потом казарма будто медленно начала отмирать. Где-то зашевелились, кто-то закашлялся, кто-то сел обратно на табурет. Но прежней атмосферы уже не было. Все смотрели на меня по-другому. Даже сержанты, не участвовавшие в воспитательной беседе. А я сидел, чувствовал, как по спине медленно катятся капли пота, и думал только об одном: вот теперь мне точно начнут объяснять, что я был не прав. Только уже совсем другим тоном. Горгадзе рано или поздно выйдет из санчасти, и наверняка не простит мне своего поражения, и подлых приемов, которые я применил в драке, да и остальные сержанты тоже.

Глава 5

Да, последствия будут, в этом я не сомневался, но прямо сейчас — было тихо. Слишком тихо.

Я сидел, уставившись в пол, и пытался привести дыхание в порядок. Сердце ещё колотилось, как после забега, а в голове, наоборот, наступила какая-то странная пустота. Ни радости, ни страха — просто понимание: что сделано — то сделано, назад дороги уже нет.

— Слышь… — тихо подошел Слава, присаживаясь рядом. — Чего там было-то? Это ты Горгадце уделал?

Я медленно кивнул.

— Я. Сам не понял, как так вышло.

— Охринеть…

Я повернул к нему голову.

— Сам в шоке.

Слава посмотрел на меня и замолчал. Сказать ему было нечего. В этот момент в казарме появился дежурный сержант — не из тех, что были в каптёрке. Он прошёлся взглядом по роте, остановился на мне, задержался на секунду… и ничего не сказал. Просто отвернулся. Вот это было куда показательнее любых слов.

Минут через десять дали команду:

— Рота, построение на вечернюю прогулку!

Казарма ожила, но уже как-то иначе. Быстро, без привычного балагана. Никто не орал, не шутил. Я ловил на себе косые взгляды, но стоило мне только посмотреть в ответ, как все тут же отворачивались.