ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Он не герой и не бандит. Он просто человек, которому жизнь всё время подкидывает проблемы. Тюрьма, одиночество, враги, армия, странная служба и люди, которым нельзя до конца доверять. Он не собирался никого спасать и ничего менять. Он просто хотел спокойно жить. Но иногда, чтобы спокойно жить, приходится отстаивать это право в драке, а иногда и с оружием в руках. Книга о выживании, мужской дружбе, ошибках и о том, что жизнь редко даёт второй шанс просто так. Его приходится вырывать самому.

Чего ты там своей Кате наговорил, что она меня так подставила? — Я бурчал себе под нос проклятия на голову прапорщика и его подруги — Ну почему, почему это всё со мной происходит⁈ Молодой лейтенант дрых без задних ног на боковом сидении под гул самолета, у его ног валялся рюкзак и опечатанный портфель, с нашими личными делами, а я сидел напротив, проклиная свою судьбу. Летёха был скорее всего с будуна, весь помятый, да и вообще, выглядел не очень-то презентабельно. Обычная полевая форма сидела на его поджаром теле как балетная пачка на корове. Полушерстяной китель был выгоревший на солнце, из-под воротничка виден когда-то белый, а теперь грязно-серый подворотничок.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Несколько раз машина обгоняла группы солдат, бегавших с автоматами, бронежилетами и увешанных снаряжением. Солдаты были такие же, как и окружающая действительность. С ног до головы покрытые пылью, с грязными разводами, на потных, измученных лицах. Никого с лопатами, инструментами и носилками не наблюдалось. Где-то в стороне мелькнул турник, перекладина, вкопанные в землю брёвна. Чуть дальше — натянутые между столбами канаты, какая-то полоса с покрышками, рвами и стенками. Всё это промелькнуло быстро, но вполне хватило, чтобы понять: тут людей не только строем учат ходить.

— Это не стройбат — Прошептал мне на ухо Максим.

— Догадливый — Опять рассмеялся лейтенант, не поворачивая головы — Да, это не стройбат, это гораздо хуже.

Минут через пять УАЗ тормознул возле одноэтажного, длинного здания. Стены побелены, но уже выгорели, местами проступили серые пятна сырости. У входа — бетонная площадка, скамейка, в углу самодельная урна. Над дверью табличка, почти выцветшая — «БАНЯ» угадывалось больше по контуру букв.

— Вылезли. Давай бойцы, шевелитесь. — сказал лейтенант.

Мы с Максимом спрыгнули. Сумки даже взять не дали.

— Оставить. Потом получите.

Дверь в баню была открыта. Изнутри тянуло влажным жаром и запахом мыла. Не сказать, что неприятно, но тяжело. У входа стояли двое. Старшина и младший сержант. Старшина явно был не срочником, усатый лицо загорелое, как обожжённое, глаза прищурены, губы тонкие. В руках журнал и огрызок карандаша. Сержант был моложе, но тоже с усами, и длинным, явно специально уложенным чубом.

— Эти? — спросил старшина, даже не подумав отдать лейтенанту честь и не глядя на нас.

— Эти, — кивнул лейтенант. — Два штуки. Ну я потопал, остальное сами.

— Понял.

Лейтенант залез обратно в УАЗик, и он мгновенно стартанул по бетонке, увозя офицера и наши сумки. Старшина перевёл взгляд на нас.

— Фамилии.

Назвались. Он быстро записал.

— Говорю один раз, и повторять не буду. Всё, что на вас — снять полностью. Гражданку — вон туда, на скамейку — он ткнул карандашом в открытую дверь. — Ничего не прячем и не оставляем. Складываем аккуратно.

Сержант уже был внутри.

— Давай, двигаемся.

В бане было пусто. Ни одного человека. Только скамейки, крючки, тазики и капающая вода где-то в глубине. Тишина странная. Слышно только, как из трубы где-то шипит пар. Пол был выложен старой плиткой, когда-то белой, а теперь серой, с тёмными разводами в швах. На стенах местами от воды вздулась краска. Всё помещение было пропитано влагой, но при этом почему-то не давало ощущения чистоты — скорее наоборот, чего-то казённого, общего, где до тебя уже побывали сотни таких же.

— Раздевайся, — сказал сержант — Шустрее.

Мы начали снимать одежду. Складывали, как попало, но он тут же поправил:

— Не кидай. Сложи. Потом пригодится.