ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Нормально ли — слышать в голове чужой голос? Обладать магией? Учиться вместе с аристократами, будучи простолюдинкой? Возможно, не очень. Но для меня, преданной и брошенной мужем, умершей от неизлечимой болезни и очутившейся в другом мире это новая реальность. Да, странная, да, опасная, да, совершенно невозможная. Только есть ли выбор? Так или иначе — теперь это моя жизнь. И я никому не позволю её у меня отнять!

Нина Ахминеева Путь княгини Вот и все. Свернувшись клубком на больничной кровати, я смотрела в приоткрытое окно. Безоблачное небо, задорно чирикают птички, пахнет весной. Жизнь продолжается, а для меня все кончено: неоперабельная злокачественная опухоль, метастазы везде где только можно. Пальцы судорожно стиснули простыню. Одурманенный болью разум никак не желал мириться с действительностью. Движимая неясным порывом, я попыталась сесть. Ни с первого, ни с четвертого раза не вышло. Застонала, пережидая очередную волну мучительной боли, и перевела невидящий взгляд на потолок.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Не переставая обаятельно улыбаться, симпатяга доктор покачал головой.

— Я за тобой. Раз уж все равно проснулась, пойдем узнаем, какой у тебя дар? — предложил он добродушно.

По спине пробежал холодок. Воображение за считаные секунды нарисовало самый жуткий сценарий: этот улыбака обнаруживает, что я попаданка, мгновенно сдает инквизиторам, а те сжигают меня на костре в центре площади.

Но… Рано или поздно дар проверят, это неизбежно. Жить в постоянном страхе разоблачения во сто крат хуже, чем один раз сгореть на костре. А потому, нацепив маску невозмутимости, я кивнула и пошла за врачом.

Доктор завел меня в небольшое помещение без окон, помог лечь на узкий белоснежный стол.

— Сканирование быстрое и абсолютно безболезненное, — сообщил он мне с неизменной улыбкой и накрыл полукруглой крышкой.

Сложив руки на груди, словно покойница, я зажмурилась и приготовилась непонятно к чему. Старалась контролировать эмоции, но получалось откровенно плохо: пульс зашкаливал, губы пересохли.

«Успокойся! Чему быть того не миновать!» — одернула мысленно себя. И как-то вдруг поняла, что надо мной больше ничего не нависает.

С опаской приоткрыла глаза.

— У тебя четкая ветвь дара земли, зачаточный росток защиты. Магический ствол оставляет желать лучшего, но для самородка весьма и весьма неплохо, — объявил врач, протягивая мне руку.

Осторожно сползла с кушетки. Вопросительно посмотрела на мужчину. Неужели все? Меня реально сейчас отсюда выпустят?

— Пойдем, провожу тебя в палату.

Доктор приобнял меня за плечи и вывел из комнаты. И если бы не его поддержка, не уверена, что до палаты я бы добралась без происшествий: слишком уж дрожали ноги.

Скомкано поблагодарив мужчину, легла в кровать, накрылась одеялом с головой. От нервного перенапряжения потряхивало.

— Божечка, спасибо тебе, — прошептала беззвучно, но искренне.

«Так меня еще не называли, — раздался в голове безэмоциональный женский голос. — Благодарность принята».

Что⁈

Я оцепенела, боясь пошевелиться. Сердце колошматило в груди, едва не пробивая ребра.

«В процессе сканирования я изменила плотность и структуру твоего магического ствола. Дар земли позволила обнаружить, ветвь защиты уменьшила до ростка. Остальные способности полностью скрыла, — так же бесстрастно продолжила неведомая баба. — Таких показателей, как у тебя, у обычных самородков не бывает. Родители твоей предшественницы — одаренные. И отец, и мать».

Какой еще магический ствол? Какие ветви и отростки⁈ Сначала врач об этот сказал, теперь это чудо-юдо.

В памяти всплыл рассказ Наташи о «моей» матери. Девушка уверяла, что тетка Матрена лечила хуторян исключительно травками и лекарским даром не обладает.