Так что, оплачивая обучение этих девиц, я поддерживаю волю монарха и экономлю государственный бюджет.
Иван открыл было рот, но тут же захлопнул и отвернулся.
«Жалеет девок», — бесстрастно отметил князь.
А к этим выжившим нелишне будет присмотреться. Вдруг что-то да стоящее? Особенно к той, что держала защитный купол. Если подтвердится ее впечатляющий потенциал и она вынесет травлю, можно проявить милость и забрать себе. Покорные одаренные крестьянки в хозяйстве всегда пригодятся.
* * *
Первый час ночи. Военный госпиталь князя Ростовского
«Синхронизация с носителем успешно завершена. Жизненные и магические показатели в пределах нормы, — прозвучал в разуме равнодушный женский голос. — Восстановить память прежней владелицы тела не представляется возможным».
Прежней владелицы тела? Что за баба опять вещает в моей голове⁈
— Эй, Машка, вставай! — настойчиво звал кто-то громким шепотом. — Убогая, просыпайся ты уже!
Меня потрясли за плечо, и я распахнула глаза.
Надо мной нависала взлохмаченная темноволосая девушка. Понять, кто это, удалось не сразу. Но потом дошло: именно эту девушку я накрывала своим телом то ли в прозекторской, то ли в лаборатории.
И чего она меня разбудила? Самой не спится, а в тишине сидеть устала?
— Наконец-то, — буркнула незнакомка, отстраняясь. Усевшись в изножье кровати, девица всмотрелась мне в лицо и пробормотала: — На дуру и правда больше непохожа. Может, и меня вспомнишь?
Сев в постели, я пожала плечами. Вспомнить то, чего в принципе не знаешь, миссия из разряда невыполнимых.
Незнакомка разочарованно скривилась.
— У тебя с башкой всегда были конкретные проблемы. Я Наташка. Лукьяненко. Ты с теткой Матреной жила на отшибе, за балкой, а я в хуторе Большой Лог. Частенько прибегала к твоей мамке за отварами для своих младших сестер. Вечно простужаются. Ну? Совсем никак?
Я покачала головой.
— М-да уж, — разочарованно протянула Наталья. — Слюни больше не пускаешь, а памяти как не было, так и нет.
— Что ты знаешь обо мне? — спросила я осторожно.
— Ничего особого, — пожала плечами девушка. — Тебе, как и мне, восемнадцать. Зовут Машка. Фамилия Иванова. Мамка твоя из пришлых. Приехала с тобой немочной лет семь назад. Поселилась у леса, в захудалом домишке. Травки, коренья собирала. Мази, отвары да настойки целебные из них делала, потом нашим хуторским продавала. На то вы и жили, — убрав прядь с лица, она с тоской продолжила: — А мамка у тебя добрая. Меня привечала, обещала премудростям знахарским научить. Даже без лекарского дара она тебя на ноги поставила. Ты ж только года два как ходить начала. Но мозги тебе тетка Матрена сама вылечить не могла. Говорила, нужен сильный лекарь-менталист. Да где ж такого найдешь?
Новости убойные.
На автомате осмотрелась.






