ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Первый том: Говорят, перед смертью вся жизнь проносится перед глазами. Враньё. Перед глазами проносятся плиты перекрытия и куски бетона. Ну а потом — новый мир, средневековье, чужое тело и печь, которую надо сложить до возвращения заказчика. Ну и система которая ненавязчиво намекает, что я или стану сильнее, или умру...

Дни не кончались, они просто сменяли друг друга, и каждый следующий был хуже предыдущего. Стычки и потери чередовались с маршами по размытым тропам, и в этом однообразии у Кральда стали путаться даты. Он уже не помнил, сколько раз его колонна уходила в лес с рассветом и возвращалась к темноте, оставляя за спиной зачищенную полосу земли и накрытые плащами тела. Считал по людям, а не по дням, и счет этот давно перестал радовать. Стоит, впрочем, отдать должное командующему. Подмогу тот стал присылать заметно чаще, особенно после того, как стало ясно, что на востоке стаи куда крупнее и злее тех, что встречались в первые дни.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

У въезда в лагерь стояли трое молодых рыцарей, и один из них, румяный юнец в свежей накидке, бросил через плечо что-то про лень деревенских вояк и про то, что зачистку давно пора вести побыстрее. Адресовано это было приятелю, но долетело до Кральда вместе с запахом жареного мяса из рыцарского шатра.

Кулаки сжались, а рука потянулась к поясу, где висел рунный клинок, и Далмер, шедший рядом, заметил это раньше всех. Не произнес ни слова, просто положил ладонь на предплечье командира и чуть придержал. Рыцарь, вероятно, так и не понял, насколько близко к смерти стоял секунду назад.

Бить морды не пристало помощнику лорда, ну а рунный клинок морды не бьет, он их срезает, и последствия после такого исправить уже не получится. Лорд Рагдар поставил его сопровождать войско, а не прореживать его, и навредить своему господину Кральд не хотел. Так что зубы стиснулись в очередной раз, и он прошел мимо, чувствуя, как у скул ноет от постоянного напряжения.

С тех пор прошло еще дня два, и за это время отряд продвинулся куда дальше, чем рассчитывал Кральд. Через Кальву перебрались по уцелевшему мосту на восточном тракте, потом форсировали мелкую безымянную речушку вброд, по пояс в ледяной воде и с мечами наготове, а дальше углубились в земли, где Кральд уже узнавал очертания местности по памяти. Эти тропы он когда-то проходил верхом, и теперь каждый поворот отзывался в голове картиной из прошлого.

Деревни в большинстве своем встречались мертвыми, и к виду пустых дворов с выбитыми дверями и разоренными погребами Кральд уже притерпелся. Зверье выгрызало изнутри всё живое, а что не выгрызало, то вытаптывало, и от жилья оставались стены, а от людей ничего.

Но время от времени мертвые деревни преподносили сюрпризы. У первой нашли двоих мужиков, забившихся в расщелину под скальным выступом, куда звери не смогли протиснуться. Мужики сидели там больше недели, питались корнями и дождевой водой, и на людей смотрели так, будто те им мерещатся.

Потом нашли семью с детьми, спрятавшуюся в заброшенном погребе на приличном удалении от деревни. Дальше нашли еще, и еще, и к этому дню набралось больше сотни выживших, и каждого из них Кральд отправлял в тыл, к обозам, где кормили и поили.

Выжившие грели душу, хоть и злили одновременно. Каждый найденный означал, что люди здесь цеплялись за жизнь неделями, без помощи и надежды, и помощь пришла не когда нужно, а когда добралась. Кто-то не дождался, и об этих тоже думать не хотелось, но все равно думалось постоянно.

А вдруг и в Пороге кто-то выжил? Мысль цеплялась за каждого найденного и тащила за собой картину, которую Кральд не мог ни подтвердить, ни прогнать. Все-таки там его гвардейцы, да и есть некоторые, кто подавал большие надежды.