— Ты давай не болтай там, а разнеси здесь всё! Кто из нас «русский богатырь», бессмысленный и беспощадный, гля? Точно не я, Илья!
Я не выдержал и заржал. Морт, конечно, скотина та ещё, но злиться на него не получается, хоть тресни. Любой человек, который бы мне такое сказал, сразу же выхватил бы в челюсть. А этот… ксар, что с него взять, кроме анализов на яйца глист?
Перехватив молот поудобнее, я сделал несколько вертикальных ударов, обваливая последние наслоения рыхлого рыжего грунта.
Из-под них проступила кирпичная кладка. Аккуратные такие кирпичи. Небольшие. Уложены ровными рядами, очень плотно. Щели между ними были тонкими, нитевидными. Цвет — то ли белые, то ли серые. Были раньше. Я провёл по кирпичам рукой — стыки ощущались еле-еле.
— Чего гладишь стенку? Жениться решил? Не дури, гля, найдём тебе ещё бабу нормальную. Херачь давай, не время отдыхать!
— Да завали ты уже. Раздражать начинаешь, честно слово.
Я вздохнул. Размахнулся своим инструментом и что есть силы долбанул по верхнему ряду кладки. Молот неожиданно легко проломил стенку, оказавшуюся тонкой. Кирпичи были сложены в один слой.
Из дыры наружу как будто выдох произошёл. Вырвался затхлый вонючий воздух. Я даже через тряпку и пыль, забившую носоглотку, почувствовал.
Осторожно расчистив пролом, я отошёл подальше, давая свежему воздуху вытеснить затхлую гадость, образовавшуюся в герметичном помещении за хренову тучу оборотов.
Морт, не утерпев, нырнул внутрь и пропал.
Я же достал из рюкзака фонарь и поднял створки. Светильники мы купили магические. Их здесь называли «вечными». Свет от них шёл постоянно. Центральный элемент просто закрывался плотными створками, которые можно было открыть, причём в разных конфигурациях. Удобная штука, надо признать.
Открыв фонарь на максимум и, на всякий случай, ещё раз смочив тряпку и вернув её на лицо, я зашёл в пролом в кирпичной стене.
Помещение оказалось небольшим. Стены, образовывающие идеальный круг, были искусно сведены в купольную конструкцию. При этом изнутри кирпичная стена была оштукатурена и вся покрыта фресками, которые выцвели от времени. Сюжет разделяли чёрные полосы, состоящие из угловатых значков. Скорее всего, какие-то надписи. То ли молитвы, то ли инструкции. Знаки эти казались почему-то смутно знакомыми, словно я эту письменность где-то уже видел. Дверей в помещении не предусматривалось. Потому что это, судя по всему, был склеп.
Прямо в центру находился саркофаг. То ли стеклянный, то ли выполненный из хрусталя. Свет от фонаря отразился от него, разбился на тысячи бликов, заметавшихся по стенам испуганными зайцами. Из-за сверкания и мельтешения световых пятен рассмотреть, что находилось внутри саркофага, не получалось.






