ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Первый том цикла Аудио Прода 5/7 Меня зовут Илья. Я боксёр-тяжеловес, и прозвище у меня, Муромец. Всё шло неплохо, пока меня не дисквалифицировали. Отец заболел, нужны деньги на лечение. А где их взять, если ты ничего кроме как бить чужие хлебальники толком не умеешь? Я пошёл биться на подпольную арену. Думал кулаками помашу, денег срублю и уйду в закат. Не учёл, что когда на кону стоят большие бабки, дельцы не брезгуют ничем. В итоге меня, полуживого, после финального поединка, продали каким-то чудакам, а те закинули в портал. Выбросило в другом мире. В лабиринт с монстрами, устроенный для развлечения местных уродов. В придачу портал наградил меня способностью «Пустотник». Что это такое — я и сам пока не понял. Знаю только, что назвали её так не потому, что она классная. Но я найду дорогу домой. И тогда с теми, кто устроил этот цирк, я поговорю по-русски — без правил, рефери и гонга на перерыв.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

— Ты давай не болтай там, а разнеси здесь всё! Кто из нас «русский богатырь», бессмысленный и беспощадный, гля? Точно не я, Илья!

Я не выдержал и заржал. Морт, конечно, скотина та ещё, но злиться на него не получается, хоть тресни. Любой человек, который бы мне такое сказал, сразу же выхватил бы в челюсть. А этот… ксар, что с него взять, кроме анализов на яйца глист?

Перехватив молот поудобнее, я сделал несколько вертикальных ударов, обваливая последние наслоения рыхлого рыжего грунта.

Из-под них проступила кирпичная кладка. Аккуратные такие кирпичи. Небольшие. Уложены ровными рядами, очень плотно. Щели между ними были тонкими, нитевидными. Цвет — то ли белые, то ли серые. Были раньше. Я провёл по кирпичам рукой — стыки ощущались еле-еле.

— Чего гладишь стенку? Жениться решил? Не дури, гля, найдём тебе ещё бабу нормальную. Херачь давай, не время отдыхать!

— Да завали ты уже. Раздражать начинаешь, честно слово.

Я вздохнул. Размахнулся своим инструментом и что есть силы долбанул по верхнему ряду кладки. Молот неожиданно легко проломил стенку, оказавшуюся тонкой. Кирпичи были сложены в один слой.

Из дыры наружу как будто выдох произошёл. Вырвался затхлый вонючий воздух. Я даже через тряпку и пыль, забившую носоглотку, почувствовал.

Осторожно расчистив пролом, я отошёл подальше, давая свежему воздуху вытеснить затхлую гадость, образовавшуюся в герметичном помещении за хренову тучу оборотов.

Морт, не утерпев, нырнул внутрь и пропал.

Я же достал из рюкзака фонарь и поднял створки. Светильники мы купили магические. Их здесь называли «вечными». Свет от них шёл постоянно. Центральный элемент просто закрывался плотными створками, которые можно было открыть, причём в разных конфигурациях. Удобная штука, надо признать.

Открыв фонарь на максимум и, на всякий случай, ещё раз смочив тряпку и вернув её на лицо, я зашёл в пролом в кирпичной стене.

Помещение оказалось небольшим. Стены, образовывающие идеальный круг, были искусно сведены в купольную конструкцию. При этом изнутри кирпичная стена была оштукатурена и вся покрыта фресками, которые выцвели от времени. Сюжет разделяли чёрные полосы, состоящие из угловатых значков. Скорее всего, какие-то надписи. То ли молитвы, то ли инструкции. Знаки эти казались почему-то смутно знакомыми, словно я эту письменность где-то уже видел. Дверей в помещении не предусматривалось. Потому что это, судя по всему, был склеп.

Прямо в центру находился саркофаг. То ли стеклянный, то ли выполненный из хрусталя. Свет от фонаря отразился от него, разбился на тысячи бликов, заметавшихся по стенам испуганными зайцами. Из-за сверкания и мельтешения световых пятен рассмотреть, что находилось внутри саркофага, не получалось.