Но то ли он использовал артефакт, то ли приготовил чары заранее… Он метнул в меня огромный сиреневый шар, который, пролетев через нескольких стоящих на коленях горожан, просто растворил их. Остались лишь тени на чёрном площадном покрытии.
А затем шар врезался в меня.
И я исчез. Или исчезло всё остальное. Кажется, случился тот самый «хаотический портал», о котором Морт болтал-талдычил.
Но я всё ещё осознавал окружающее. Всё ещё был собой. Я даже тело ощущал. Вернее, дикую боль во всех мышцах. Меня словно пытались растворить в кислоте. Сделать тенью среди теней.
Прямо передо мной из тьмы проступили гигантские ворота. Чёрные, окованные широкими полосами. Через равные промежутки по ним шли массивные матовые заклёпки.
Семь цепей из живого серебра запирали их. Семь замков в виде разноцветных драконьих голов скалились мне в лицо.
А из-за врат сочилась такая знакомая ярость. Животное чувство ненависти. Звериная злоба, заключённая во тьме внешней.
И в этот раз я отчётливо понимал, что это не моя злость. Она сочилась в щели между створками, проникала через преграду, клубилась удушающим туманом вокруг меня. Ярость существа, всё ещё находящегося по ту сторону врат.
Я заорал во всю глотку и усилием воли стряхнул разъедающее мою суть фиолетовое свечение. Во все стороны полетели сгустки пурпурной субстанции, проедая каверны в высящихся надо мной вратах. Один сгусток попал на нижнюю цепь, и замок с чёрной драконьей головой рассыпался в пыль. Цепи бессильно повисли, звеня по окантовке.
Из-под павшей преграды ко мне рванулись гибкие тени. Они кружили вокруг меня. Пространство наполнилось шёпотом: «Ты наш… это конец пути… твой жалкий разум слаб… хочешь силы — пусти нас… на колени, ничтожество… пади ниц перед владычицей бездны… ты обречён, человечек… просто впусти… прими этот дар, сам ты никто…»
Эти голоса жгли не хуже давешней кислоты, но они разъедали не плоть. Они пытались пожрать мои разум и волю. Стереть меня, мои мысли, чувства, воспоминания. Голоса звучали прямо в сознании, и я растворялся, исчезал в этом водовороте.
Тени всё ускоряли и ускоряли свой смертельный хоровод. Голоса звучали всё громче. Бесят, суки! Боксёр я или где?
Я встал в стойку, и сразу провёл прямой удар в ближайшую чёрную тварь.
Ярость против ярости. Злоба против злобы. На этом ринге не было правил и рефери, только воля и желание выжить. В конце концов я уже двадцать лет дерусь — и никогда не проигрывал бой с тенью.
Моц удар был оущтимым. Веским. Чёрный лоскут разметало в клочья. Стало чуть полегче.
Работает!
Я разразился сериями тяжёлых атак, в каждую из них вкладывая своё желание жить. Остаться собой. Уничтожить терзающую меня мерзость.
Я начал самый важный в моей жизни бой.
Тени накатывали со всех сторон.
Голоса язвили не хуже кинжалов.






