Правитель часто спрашивал себя: как от такой бесхребетной женщины, как королева Рамэль, мог родиться столь несносный ребёнок? Вескон не хотел ни этого брака, ни этого наследника, но, в отличие от принца, королева хотя бы была покорна и хороша собой. Не то чтобы красавицей, но миловидной и ещё достаточно молодой. Если бы не советники, он предпочёл бы кого-нибудь другого, но этот брак много лет назад укрепил его позиции. Род Астер давно занял трон Верхнего мира, но глупые ошибки и браки по любви в его роду ослабили власть короны и разорили казну. Король выбрал иной путь, заключив выгодный союз, и ни за что не позволит своему сумасбродному отпрыску поддаться семейному пороку и выбирать сердцем, а не разумом.
Пройдя мимо толпы лизоблюдов, – навязанных супругой родственничков, получивших при дворе почётные должности, болтливых придворных дам и стражи, каждого из которых он подозревал в шпионаже для Нижнего мира, – Вескон наконец очутился в своих покоях, где больше не был обязан носить маску. Его глупая и безропотная жена Рамэль, как всегда, дожидалась в спальне. Сколько раз он говорил ей не соваться сюда, находиться у себя. Когда она понадобится, он сам её позовёт. Возможно, она не так и глупа, раз понимает: поступи, как велит муж, и он никогда не вызовет её к себе. Да и зачем? Наследника она ему уже подарила, как и армию, и богатства своего отца, лорда богатейшей из провинций Верхнего мира. А большего королю от надоедливой супруги и не требовалось.
– Что ты здесь делаешь, Рамэль? – вздохнув, королю вновь пришлось натянуть на лицо маску, на сей раз скрывавшую неприязнь к жене. С какой радостью он и сам сейчас провёл бы ночь с молоденькой служанкой, разве что, в отличие от сына, не был так беспечен и не заделал бы той ребёнка.
– Я соскучилась, – пропела молодая женщина. – Вы так редко меня навещаете!..
– У меня много дел.
Король прошёлся вдоль помещения. Слуги уже зажгли повсюду свечи. В эту пору года рано начинает смеркаться, а в последние дни за окном особенно пасмурно. Вескон опустился на софу, решая, прогнать ли ему жену. Однако её необременённое интеллектом лицо, выражавшее радость и беззаботность, каким-то образом расслабляло его, поэтому он сказал:
– Присядь рядом.
Женщина без промедлений повиновалась.
– Потаскуха Рейдона родила сына. Они скрывали от меня беременность, но всё открылось. – Королева промолчала, и Вескон продолжил: – Мне следовало выпороть её, а Рейдона лишить наследства. Ему наплевать на чистоту крови нашего рода!
– Рейдон ещё молод, – вступилась за сына Рамэль.
– Я тоже был молод, но выбрал тебя! – возразил король. Его откровение стёрло с лица супруги былую радость от встречи.
Вескон никогда не скрывал, что не любит жену, а как ей к этому относиться его не заботило.






