— У тебя стальные нервы, — хмыкнула девушка в форме, рядом с которой стоял охранник, — идём, Максим.
По дороге она представилась. Татьяна Олеговна Белоусова, дворянка. Старший следователь имперской службы безопасности. Возраст около сорока лет. Одета в темную форму.
В кабинете следователя было уютно. Цветы в горшках на подоконнике, несколько личных фотографий на полке с книгами. Скорее всего, не здесь обычно не допрашивают подозреваемых. Это личный кабинет старшего следователя. Но сегодня выдался особый случай.
— Садись, — Татьяна указала мне на стул рядом со столом. Сама же уселась в кресло и включила «прибор правды», — представься, — велела она мне командным голосом. Несмотря на достаточно симпатичную внешность, тон девушки был весьма суровым.
— Максим Андер, — представился я, — шестнадцать лет, первый класс магической школы Нижнего Новгорода.
— Хорошо, — он сверлила меня взглядом серых глаз, — по какой причине ты убил князя Станислава Алексеевича Удовича?
— Я его не убивал, — твёрдо произнёс я в ответ.
— То есть ты утверждаешь, что не имеешь никакого отношения к его гибели? Даже косвенного? И не желал его гибели? — уточнила женщина, не сводя с меня взгляда. Похоже, она не до конца доверяла аппарату, пытаясь лично уловить нотки лжи в моих ответах.
— Не имею.
— Твой ответ не до конца правдив, — в её голосе появился металл.
— Сформулирую иначе: я не убивал князя. Так лучше?
Татьяна перевела взгляд на аппарат, потом снова на меня.
— Почему я перед этим моментом усомнилась в твоих словах?
— Откуда я знаю? — Я удивлённо пожал плечами. — Возможно, потому что у меня была причина желать его гибели?
— Как давно ты желал гибели князю? — ухватилась за мои слова женщина.
— Ну, наверное, через час после знакомства с князем у меня появилось такое желание. Знакомство состоялось сегодня, в четырнадцать часов.
— И ты успел всё спланировать и провернуть за один час? — Следователь удивлённо вскинула брови.
— Нет. Я не убивал князя, — продолжал я настаивать на своём.
— Но ты имеешь отношение к его смерти?
— Откуда я знаю? — Я недоумённо посмотрел на следователя. — Что вы имеете в виду? Я находился с князем в одном помещении. Я его не убивал. Какое отношение я могу иметь к его смерти?
— Что с тобой не так? — неожиданно громко крикнула она. — Почему я не чувствую до конца твою правду? Ты как скользкий угорь.
— Аппарат же показывает, что я говорю правду, — кивнул я на мерно горящую зелёную лампочку.
— Но ты чего-то не договариваешь. И почему я тебя так плохо чувствую? — продолжала настаивать на своём Татьяна. Похоже у неё был какой-то дар позволяющий чувствовать правду. Как у Адика. Только более сильный вариант. Мои каналы были закрыты, но женщина все равно ощущает недоговоренность.






