— Та-а-ак! — Обретшие свободу губы сразу пришли в движение. — А теперь достаньте у меня из кармана служебное удостоверение.
— Зачем? — улыбнулась Тамара. — Мы и без того знаем, кто вы такой, Борщук.
— Тогда не понимаю, что происходит. — В только что сверкавших яростью глазах появилось выражение беспокойства. — Старшина, — повернулся Борщук к одному из бойцов, наряженных в ментовскую форму. Похоже, общаться с Тамарой он считал ниже собственного достоинства. — Во-первых, немедленно снимите наручники. А во-вторых, доложите, кто вы такие. Из какого управления?
— Из добровольного общества защиты детей, — процедила Тамара. — А наручники, конечно же, снимем. Вы возьмете ручку, бумажку и напишете явку с повинной. Всё-всё-всё о своей доле участия в убийствах детей в этом приюте.
— Не пойму, о чем ты…
— Не тыкай, урод!
— Не пойму…
— А я не пойму, как вы, всегда такие осторожные, даже не имеющие счетов в заграничных банках, даже до сих пор так и не переехавшие из обычной квартиры в коттеджи, вдруг взяли и вляпались в банальную уголовщину. Нет, не в банальную. В страшную! В жуткую уголовщину! — эффектно продекламировала Тамара и забрала со стола ПММ. — Денис, сними с этого негодяя браслеты.
— А я ведь вас знаю, — задумчиво пробормотал Борщук и, прищурившись, уставился на шагнувшего к нему Дениса. — Вы здесь были зимой.
— Да. Я две недели кормил и спасал от холода детей, которых вы бросили. А потом спихнул в канаву ваш гнилой «Мерседес». — Денис отомкнул наручники. — Свободны, только без сюрпризов. Не заставляйте вас бить.
Тамара тем временем выкопала из стола пачку бумаги и целую коллекцию ручек. Высыпала их перед Борщуком.
— Итак, пишем признание.
— Да ничего вы от меня не дождетесь! — рассмеялся высокопоставленный мент. Молодец, держался он хладнокровно. — Я просто не представляю, в чем признаваться. Никаких проступков, а тем более, преступлений за собой я не ведаю.
— Слушай. — Тамара достала диктофон, нажала на кнопочку.
«Вопрос первый: девочку, которую сегодня отобрал этот ваш новый хирург Алексей, должны отправить на прозекторский стол?.. Говори: да или нет?» — «Да, должны». — «Заказ на трансплантанты уже получили?» — «Да, получили». — «Как вы должны их передать?» — «Я не знаю всего механизма. Всё тщательно законспирировано. Тут очень длинная цепочка. Мне известно только, что органы должны доставить в Голландию». — «Верю. Где сейчас Котов?» — «В Простоквашине». — «Розов и Борщук?» — «Там же». — «Чем эти гады сейчас занимаются?» — «Сидят в кабинете у Шлаина. Пьют». — «Почему не остался с ними?» — «Я там лишний. Я непосредственно ко всему, что творится, не имею никакого отношения. Моя вина только в том, что я об этом знал и вовремя не сообщил. Но сейчас я отсюда прямикам отправляюсь в милицию и пишу заявление».






