ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Человечество достигло апогея своего развития! Научившись создавать червоточины, люди, наконец, вышли из своей колыбели. Далекие галактики и неизведанные экзопланеты теперь, как никогда, доступны человеку! На финальном отрезке полета экипаж межзвездного крейсера «Магеллан» экстренно разбужен корабельным ЦУП-ом. Поводом послужило экстренное сообщение с Земли о глобальной катастрофе. В конституции Земли основным положением является приоритет проблем материнской планеты над всеми остальными задачами. До места назначения Магеллан так и не добрался. Экипажем принято вынужденное решение экстренно прервать экспедицию и вернуться на Землю. Отныне будущее всей человеческой расы в руках экипажа межзвездного крейсера «Магеллан». Задача — спасти родную планету. Вопрос только в одном — от чего именно её придётся спасать?

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

«Ермак» приподнялся над землей на два-три метра. Завис — это заработал антигравитатор. Наверное, я все же больше волновался за сам перелет, хотя мысль о спасательной капсуле меня тоже не покидала. Мимо в грузовой отсек пробежал первый пилот. Поколдовал над показаниями и, удовлетворенный, вернулся обратно в кабину. Только сейчас нас притянуло к креслам силовым полем.

— Как думаешь, Герман, — перекрикивая свист раскручивающейся турбины, спросил откуда-то сзади Ковалев, — кого они к нам послали?

Оказывается, не меня одного занимала эта мысль. Мы начали плавно разгоняться, нас немного вдавило в кресла и, как только мы набрали скорость, я развернулся к Егору, насколько позволяли силовые поля.

— Вот сижу и о том же думаю. Тут два варианта.

— Какие?

— Руководитель миссии погиб на «Смелом», его зам потерпел крушение на «Смирном». Если на «Магеллане» решили убраться из Солнечной системы из-за какой-то неожиданной поломки, резонно, если они захотели бы оставить нам начальника.

— Думаешь, какая-то шишка?

— Любой старший офицер корабля. Может, даже сам Орлов.

— Начальник ОНР? Нет, он не оставит корабль с экипажем из-за горстки десантников, — возразил Егор.

— Да кто его знает! А может, научрук?

— А вот он может. В конце концов, это под его руководством проводилось второе заседание.

На последнем слове Егор осекся. Даже сквозь завывание двигателей я услышал этот перепад в его тональности. Значит, второе секретное совещание все же было, мне не показалось. И инициатором его был именно Зольский. Проводилось оно втайне от меня, и Егор знает об этом. Я продолжил раскручивать цепочку. Узнать о совещании Егор мог лишь от своего непосредственного начальника. Стало быть, на совещании этом были Орлов — начальник ОНР, Зольский — научный руководитель полета, сам капитан и, возможно, старпом. Чего же они меня-то не позвали? Это какой-то заговор? Вопрос.

— В любом случае, — попытался замять свою оплошность Ковалев, — посланник должен быть с головой. Начальник.

Я решил на время завязать с дедукцией и расслабиться. В настоящий момент разгадка этой странной интриги никак не поможет нам выжить.

— Нам и тебя, майор, хватило бы, — возразил я. — Вполне возможно, нам, наоборот, кого-то из младшего офицерского состава пришлют. Сам посуди — связи нет. Пока мы получим возможность связаться с ними, пройдет уйма лет. А чтобы популярно объяснить, что у них там произошло, подойдет любой мало-мальски грамотный колонист. Нам — лишние руки, а им — чистая совесть. Мол, ушли не по-английски.

— Я этого посланника склонен рассматривать как лишний рот, а не руки, — угрюмо ответил Ковалев. — Но, признаюсь, информация, которую этот рот может нам поведать, лишней не будет.

Мы замолчали, каждый погрузился в собственные мысли.