Время уже обеденное, так что за оставшиеся четыре часа не сможем доехать до города засветло.
И еще есть проблема, что с такими сокровищами из пещеры Алладина мне бы не стоило много мотаться по городу. Выгружать их к Клое и завтра снова выносить со двора у всех на глазах. К той же Кассе лучше подъехать часов в десять, не раньше, когда все ее начальство уже займет рабочие места.
Так что я командую вставать на знакомой поляне, где когда-то сворачивал в сторону хутора Клиса Верного на ночлег.
Ночью слышу, как какой-то бедолага вылезает из кустов на наш костер, просит-умоляет его согреть и покормить.
— Кто там, Алим?
— Мастер, там похоже беглец от степняков, — с понятной усмешкой негромко сообщает мне один из приближенных охранников. — Что с ним делать?
И он показывает межпланетный жест, типа, бритвой по горлу и в колодец?
— Беглец? Сейчас выйду!
Около костра трясется и дрожит крупной дрожью точно один из тех новых рабочих-строителей, который так не хотел работать, что рискнул своей жизнью и ударился в побег. Судя по всему, реку он переплыл сам, потому что у моста ему появляться строго опасно, там его сразу перехватят, а река дает ему понятное преимущество при побеге.
Молодой парень из мелких жуликов, как я понимаю, разглядывая его из-за костра. Даже чисто городской из местных. Потом подхожу поближе, отвалившаяся челюсть беглеца сообщает мне о том, что медальный профиль Мастера Ольга уже узнан бедолагой.
— Что, попал из огня да в полымя? — усмехаюсь я. — Алим, придержи гостя. А то он собирается и от нас сделать ноги.
Наконечник копья прижимает к земле собравшегося было попробовать совершить рывок шустрика.
Отчаяние и ожидание неминуемой страшной смерти делает лицо беглеца застывшей маской.
— Давай рассказывай, как тебе удалось смыться из лагеря? — присаживаюсь я напротив на седло.
Пленник молчит, открывая рот и не может сказать ни слова.
«Да, настолько трагическая неудача, чтобы с огромным риском убежать от пристально надзора степняков и попасть на огонек к тем же людям, которые его самого сдали в рабство», — смеюсь я про себя.
— Мне, что, два раза тебя спрашивать? — демонстрирую я свое неудовольствие, а Алим тут же отвешивает солидного пинка бедолаге.
— Да просто, Мастер! Дождался, когда всадник мимо проехал и рванулся в лес. Специально выбрал сильно заросшее место, чтобы не догнали на лошадях. А потом переполз в следующий лесок и так до реки добрался.
— Где плавать научился?
— Да в порту, ныряли с приятелями в детстве, — уже словоохотливо отвечает беглец.
— Как зовут? То есть кличка какая у тебя?
— Так это, Вертлявый кличут, а вообще я Апис, — опускает глаза парень, понимая, что своими словами признается в своем криминальном прошлом.
Но заодно понимает и признает, что сурового Мастера обмануть не удастся.






