Хотя, почему кто-то?
Желающие осторожно царапнуть мою толстую кожу мне очень хорошо известны. Это трое пожилых Капитанов, серьезно занимающиеся дерибаном достояния Астора и трое их молодых союзников, приятели так удачно для меня погибших компаньонов.
Четвертый Капитан, подвергшийся нападению голодной, разъяренной толпы в своем доме, который был серьезно ранен, уже благополучно скончался от заражения крови. Меня он звать не стал, а я и не предлагал свои услуги в целительстве. Не тот совсем вариант, чтобы какую-то благодарность ждать, да еще местное провластное болото нужно обязательно разбавить своими людьми.
Так что эти недоумки зря так поспешно полезли с претензиями от пострадавших родителей, жен и родственников.
«Неужели они думают, что за обиженных без суда и следствия несомненных жуликов кто-то из остальных Капитанов будет грудью ложиться?» — не понимаю я.
Грудью на амбразуру против фактического Диктатора города и сейчас явно самого влиятельного Капитана?
Придется тоже нанести в ответ серьезный удар по чьим-то смутным надеждам и еще одному глуповатому начальнику Стражи. Который совсем плохо справляется со своей работой, только деньги зря получает из казны Астора, и со своих подчиненных, завзятых коррупционеров.
Собрано пятнадцать заявлений на незаконный арест и приговор, хотя таких оказалось около пятидесяти местных жуликов, из которых никто на каторгу не отправлен. Многие родни живой уже не имеют или из глухой деревни в город приехали, поэтому пока эмиссары моих врагов с бумагами до них не добрались.
— Сейчас мы решим данный вопрос раз и навсегда, — отвечаю я на предъявленные мне претензии. — Вполне возможно, под облаву и суровый приговор попали невиновные совсем, хотя я таких всех отпустил. Кто смог правдиво ответить мне «нет» на простой вопрос о воровстве. Но все ошибаются и, если окажется, что строить дорогу отправлен такой совсем невинный житель города, то его вернут обратно, извинятся и выплатят солидную компенсацию.
Капитаны-недоброжелатели напряженно смотрят на меня, еще не понимая, к чему я клоню и уже грустя от того, что я не стал очень опрометчиво всех посылать и кричать, что я теперь здесь самый главный на эти шесть месяцев.
Уже на пять с половиной, кстати, самый главный.
— Капитан Генс! Прошу по месту жительства всех подавших жалобу жителей отправить живущих рядом гвардейцев и ополченцев, чтобы они сами опросили соседей и родственников арестованных. Кем те были по жизни, где работали, а если нигде не работали, то на какие средства жили. Уверен, почти про всех будут собраны достоверные сведения, что они нигде не работали, хвастали легкими деньгами и были просто ворами, почему-то пока не пойманными нашей Стражей.






