Всё-таки, с учётом прошлых сложных отношений, глава ордена проявил благоразумие и не стал встречаться лично.
— Извините, я могу вас попросить о помощи?
— Да?
— Одежда… шьётся в полном соответствии… так сказать… а чтобы сидела по фигуре, портной ушивал. Пришлось быстро. Нитки какие-то крепкие и я найти не могу, где… и надо просто подрезать. Есть ножницы?
— Ножницы? Вы что! Нельзя портить..
— Но..
— Стойте смирно! — рявкнула Ольга. — Ножницы… вот почему всегда такие радикальные меры, а? Чуть что и ножницы… жалко же. Красивый наряд. Своеобразный..
Раймонд почувствовал, что лицо закрывает краска.
Опозориться сильнее было просто-напросто невозможно.
— Простите… - тонкий девичий голосок показал, что всё-таки возможно. — Кажется, я… чем могу вам помочь? Что вы делаете!
— Штаны снимаем, — Ольга не обернулась. — Завязки заело… запутало. В общем, не развязывается. Поможете? Или лучше… нужен метр, чтоб его измерить. И одежда..
— Я и без метра скажу, а завязки… можно по шву надпороть, если так, — девушка поглядела на Раймонда с интересом, но стоило приблизиться и она побледнела.
Определённо реакция какая-то чересчур уж выраженная. Надо будет сказать, чтобы проверили.
— Я… что-то… кажется… я сейчас, извините… - она отступила, прижав тонкую руку ко лбу. А потом беззвучно осела на тот же диванчик.
Точно неспроста.
И сама-то девица светленькая полупрозрачная.
— Опять? — Ольга посмотрела хмуро и Раймонд поспешил замотать головой:
— Нет. Это не я. Я себя контролирую. Это она как-то остро реагирует.
— Ножницы..
Ножницы нашлись. Лезвие их скользнуло в шов, цепляя треклятую слишком крепкую нитку.
— Вот и всё… идите, раздевайтесь. Хотя… она права, и без метра понятно.
Нет, Раймонду, конечно, случалось разоблачаться и в присутствии дам, и с целями самыми разнообразными, но тогда он не краснел.
Определённо.
— Идите в кабинку. Снимайте всё остальное и я сейчас… рост у вас точно по максимуму брать надо.. — Ольга перебирала вывешенную на штангах одежду. — Только учтите, что тут ни шелков, ни атласов..
— Счастье какое, — выдохнул Раймонд, но чересчур громко.
— Не любите?
— Терпеть не могу. Мнётся, колется, жёсткое. А если с шитьём, то и весит прилично. Неудобно к тому же..
— Ясно. Тогда постараемся мягкое и чтобы не кололось, — ему протянули синие штаны из плотной ткани. — Меряйте… и что там с бабушкой?
— В общем-то ничего… она мечтает уехать. У неё давний поклонник имеется, она с ним не первую сотню лет в переписке состоит.
— Действительно, давний. Даже выдержанный, если так-то… я опять много болтаю.
— Ещё какой. Она бы хотела переехать к нему… мёртвый мир, особая экосистема. Удивительные перспективы для развития, как личного, так и науки..
— И что мешает?
— Данное слово. Лич не способен нарушить клятву. Я должен стать самостоятельным.






