Правда, не отпускало ощущение, что он эту руку при желании оторвать способен, но… руку Ольги он держал очень бережно.
— Ланс пока побудет здесь.
— Здесь? — уточнила она, оглядев салон.
— Здесь, — подтвердил Раймонд.
— Но… здесь спать негде. Диванчик маленький.
И этот Ланс на нем точно не поместится. Даже если соберет и сдвинет все пуфики, расставленные по залу. Пуфиков заранее было жаль, потому что вряд ли они на такой вес рассчитаны.
— Ему не нужен сон. Зато лучше охраны не придумаешь. А утром поторгует.
— Он?
Ольга представила, как это… существо? Или как его назвать… как оно вежливо предлагает примерить шубу. А потом столь же вежливо и безапелляционно — купить. Нет, отказать ему вряд ли откажут, но репутация..
— Извините, Ланс, просто у вас внешний вид весьма… своеобразный, — ей стало неловко, потому что получалось, будто она от помощи отказывается. — И боюсь… многие… дамы… будут… слишком уж им впечатлены. А это лишнее сейчас. Нам и так рекламу сделали..
— Это да. Вид точно не тот, — Раймонд отступил. — Ланс, я на тебя морок нацеплю… дай толькоподумать. Нужен кто-то… девицу нет смысла, габариты не те.
Ольга представила себе девицу размеров Ланса и согласилась, что это будет совсем уж чересчур.
— А из мужчин… кто подойдёт? — уточнил Раймонд.
— Не знаю. Кто-то… кто-то привлекательный. Очаровательный. Харизматичный..
— Очаровательный и харизматичный, — пробормотал Раймонд. — Что ж… возможно..
Он отступил ещё на шаг. Чуть прикрыл глаза. И выражение лица сделалось таким, мечтательным. А потом Раймонд щёлкнул пальцами, и Ланса будто дымка окутала. Дымка впиталась, меняя его. Нет, Ланс не стал меньше или ниже, скорее уж изменилось лицо.
А потом и одежда.
— Михневич, — сказал Раймонд, будто это что-то да объясняло. — Известный в трёх мирах мошенник, брачный аферист и многоженец.
Чёрные волосы.
Янтарные глаза. Лёгкий загар и такая же лёгкая небритость. И серьга, блестевшая в ухе Ланса, весьма себе в облик вписалась.
Ольга с первого взгляда поверила, что этот самый Михневич, действительно аферист.
Брачный.
И многоженец.
И что ищут его вовсе не затем, чтобы посадить. Потому как нельзя такого сажать… скорее уж жёны между собой договорятся, скажем, о совместном владении. Или гарем создадут.
Тонкий пуловер как-то чересчур уж облегал фигуру. Ольге даже смотреть стало стыдно. И она отвернулась. Потом всё-таки посмотрела. Искоса. И заметила, что дымка-то никуда не исчезла. Вон, дрожит, и будто одно изображение на другое наложили.
— А-у ты хо-урош, — Фёдор подошёл и потрогал штанину — белоснежную и с острой стрелкой, ну да, что ещё носить межмировым брачным аферистам, как не классического кроя белые брюки.






