— Можно, пожалуйста, человеческим языком? В чём это проявлялось?
— Ну, например, первое, что вспомнила — он был неправ, когда при друзьях посмеялся над её нарядом, а затем нарочно сбил с толку и исказил информацию таким образом, что Рита начала сомневаться в своей адекватности.
Я привожу новые и новые примеры. Затем отворачиваюсь и быстро надеваю на тело удобное домашнее платье.
— К сожалению, многие поддаются на манипуляции, потому что им дороже остаться в отношениях, чем разорвать их. Кстати, есть крутой фильм на эту тему.
— Включай, — командует Бакурин. — И давай закажем что-нибудь поесть? Я адски голоден.
— Уже.
— Моя ты умница, — нежно хвалит.
Трель мобильного телефона застаёт нас врасплох, когда курьер приносит еду, а фильм уже стоит на паузе. Казалось бы, стоило привыкнуть, но каждый раз внутри что-то сжимается. Чтобы больше не чувствовать подобного, хочется спрятаться в ракушку и пролежать там до тех пор, пока всё само собой не разрешится.
— Понятия не имею, почему с ним нет связи, — отвечает Бакурин на кухне. — Конечно, оплатил, Аля. Я не идиот. Да, ещё час назад.
Он закрывает за собой дверь, чтобы не было так слышно, но приглушённый голос всё равно вбивается в уши.
Я ложусь на кровать, сжимаюсь в клубочек и накрываю голову подушкой. Лежу так минуту или две, пытаясь отвлечься на что-то приятное.
Андрею, как и мне, и любому другому хомо сапиенсу, нужен близкий человек с похожими убеждениями и ценностями. Тот, кто всегда будет рядом. В простой или сложной ситуации.
Одиночество — это жёсткий стресс. И чем больше стресса, тем хуже человек функционирует. Но что делать, когда быть вместе — мучительно? Когда все против? Когда не справляешься? Терзаешься сомнениями?
Убрав подушку, сажусь на кровати. Прислушиваюсь к тишине, жду окончания бури. Беру в руки пульт, когда думаю, что всё закончилось, но в этот самый момент раздаётся отчётливый звон посуды. И ругань, от которой закладывает уши.
— Да что за блядство!
Фильм мы всё же смотрим от начала и до конца. Молча, каждый думая о чем-то своём, но продолжая друг друга обнимать и гладить, чтобы легче справиться с эмоциями и активнее заставить работать эндорфины. С шаткой верой в то, что рано или поздно всё будет хорошо. Мы начнём строить совместные планы и наслаждаться жизнью. А пока как-то так. Туманно, неясно и временами тошно.
На следующий день после занятий я заезжаю к отцу на семейный обед. Он попросил, а я согласилась, едва услышала по телефону, что он соскучился.
На кухне хлопочет Ирина. В свободном платье, с собранными в хвост волосами. Мне кажется, или у неё действительно начинает выпирать животик?
Сердце ощутимо сжимается. Наверное, это чудесно — ждать малыша от обожаемого мужчины.






