ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Однажды гордая красавица Сяо Ян отказалась выйти за сына наложницы советника Лэй, нанеся оскорбление его семье. Сын наложницы стал прославленным генералом, главой клана Лэй и через пять лет вернулся в родной город, чтобы отомстить гордячке. Но не всё именно так, как кажется на первый взгляд…

Ната Лакомка (Наталья Лакота) Дочь солнца, сын луны Когда двое предназначены друг другу судьбой, красные нити, связывающие их, иногда тянутся, иногда запутываются, но никогда не рвутся. Китайская пословица – Эта Сяо Ян – та ещё гордячка! – разглагольствовал дядюшка Юн, выпив вторую чашу дешёвого вина. – Но красавица многое может себе позволить. А девушки, красивее, чем Сяо Ян, ещё не было не то что в столице, но и во всём свете. Там такая красота, что от одного взгляда сдаётся город, а от второго взгляда вся страна приходит в смятение. – Похоже, на тебя она тоже бросила взгляд?

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Но ты… Сяо Ян! Ты ведь говорила, что для тебя неважно, что я – сын наложницы. Говорила, что человек не зависит от происхождения. Неужели, тебе так хотелось стать императрицей, что ты забыла про клятву? Ты же всегда говорила, что деньги и власть – это суета, кровь и подлость. И тебе не хотелось быть в них замаранной.

– Это были слова юной, наивной девушки, – ответила Сяо Ян, чуть поведя плечами, чтобы он её отпустил.

И он отпустил. Разжал пальцы, уронил руки.

– Вы сами понимаете, – продолжала она, – что без денег и власти мы никто. И тот, кто богаче и сильнее, с удовольствием растопчет нашу жизнь.

– На меня намекаешь? – он взглянул исподлобья. – Ты первая нанесла удар по моей семье. Из-за тебя мой отец принял яд, мой брат потерял уважение и положение в обществе…

– Главное, что у вас всё хорошо, генерал Дэшэн. Ведь именно об этом вы мечтали с самого детства – о славе. Чтобы произнося ваше имя, каждый вздрагивал со страхом и благоговением. Вы своего добились. Вас все боятся и почитают. Даже невесту со свадьбы увели, и никто не посмел вас остановить. Только почему-то вы не выглядите счастливым.

– Счастливым? – в его взгляде опять зажглось безумие. – Какой ценой мне это всё досталось, ты знаешь? Хотя бы представляешь, что я пережил, когда отец наложил на себя руки? Да, он не слишком любил меня при жизни. Но смертью искупил всё. И теперь я в долгу перед ним, перед его добротой. Я благодарен ему за его последний подарок и отомщу за его смерть, так и знай. А на войне? Там, на поле битвы, я думал, что меня убьют тысячу раз.

– Мне жаль. Но не я развязала эту войну.

– Говоришь про счастье… – он будто не услышал её. – Моё счастье было в тебе. Только в тебе. Но ты лишила меня счастья. Ты убила моё счастье вот этими губами, – он коснулся алых женских губ и сразу отдёрнул руку, будто обжегся. – Убила вернее, чем если бы ударила кинжалом. Кинжал ранит тело, а слова бьют прямо сердце. В сердце – это всегда больнее. Это почти всегда – насмерть. Я думал, что меня убьют в бою, что умру от голода или ран, но небеса сохранили мне жизнь, хотя я потерял много товарищей. Почти всех потерял. Но я выжил. И значит, небеса на моей стороне, Сяо Ян. Слышишь? Они тоже хотят справедливости.

Она коротко вздохнула и покачала головой:

– Вряд ли небеса хотели, чтобы из мести, пусть даже справедливой, вы нарушали законы. Подумайте, что вы натворили сегодня. Вы оскорбили две семьи прямо и ещё две семьи – косвенно. Потому что моя мать была из рода Ли, а госпожа Чен из рода Фэн, и теперь вы настроили против Лэй сразу четыре дома.

– С каких пор тебя заботит чьё-то мнение?

– Люди начнут говорить нехорошее. Что вы забрал меня без приданого, а это значит, я всего лишь наложница…

– Захочу – и будешь просто служанкой! – крикнул он ей в лицо.

Сяо Ян опустила ресницы, умолкая.