ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Продолжение цикла Отморозок. В Бадабере для Юрия ничего не закончилось, а только началось... Узнайте, что с ним произошло после взрыва уничтожившего лагерь.

Лейтенант Самуров сидит на стуле перед круглолицым улыбчивым майором в одном из многочисленных кабинетов здания штаб-квартиры ГРУ. — Я вас прекрасно понимаю, Сергей Васильевич, — сочувствующе кивает майор. — Вас уже много раз опрашивали по поводу восстания в крепости Бадабер. К тому же, я внимательно ознакомился с тем, что вы и ваши товарищи по плену написали обо всем пережитом, но все же, хочу теперь пообщаться с вами лично. Чтобы, получить информацию из первых рук, от непосредственного, так сказать, участника событий. — Я готов товарищ майор, — устало кивает выбритый начисто лейтенант, в котором сложно узнать того заросшего и угрюмого пленника, каковым он был еще буквально пару месяцев назад.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

А сейчас в 1986 году, это весьма мрачное и неприветливое место, с многочисленными заброшенными промышленными зданиями, тянущимися в разных направлениях железнодорожными ветками, переплетениями автодорог и кучами мусора, наваленными то в одном, то в другом месте.

С неба моросит противный мелкий дождик, и ветер гоняет обрывки старых газет по темной пустынной улице, кое как освещенной тусклыми фонарями. Тони делает знак шоферу остановиться у небольшого бара. Я расплачиваюсь с таксистом, и мы вместе с моим провожатым выходим из машины. Вдоль дороги стоят автомобили, густо покрытые мелкими каплями дождя, в которых отражается свет уличных фонарей

Наша сегодняшняя цель отнюдь не бар с выпивкой. Тони уверенно направляется мимо него прямо к большому четырехэтажному дому из красного кирпича с пустыми провалами окон на двух верхних этажах. По всему видно, что это здание когда то знавало лучшие времена. Его фасад украшен затейливым кирпичным орнаментом, а рамы с выбитыми стеклами, кое где заколоченными потемневшей от времени фанерой, сделаны из дорого мореного дуба. Мы проходим мимо закрытого и заколоченного досками основного входа по Блю Айленд, над которым висит старая покосившаяся вывеска «Пилсенская лесная биржа» и сворачиваем на плохо освещенную двадцать вторую улицу, по которой идем вниз, прямиком до неприметной металлической двери, куда Тони уверенно стучит кулаком. Через некоторое время в двери открывается небольшое окошко и оттуда на нас сквозь частую решетку смотрит довольно неприветливая небритая рожа.

— Кого еще сюда черт принес? — Вглядывается в темноту местный привратник и подсвечивает себе фонариком, чтобы получше рассмотреть нас.

— Билл, дружище, ты что, не узнаешь старого приятеля? — Выходит на передний план Тони, становясь так, чтобы свет фонаря, падающий из окошка, осветил его лицо.

— Тони-четыре пальца! Старый пройдоха, каким ветром тебя сюда занесло? — Недоверчиво ухмыляется небритая рожа изнутри. — Только не говори, что ты разжился наличностью и снова решил попытать счастье.

— А в чем дело Билл? Неужели я не могу прийти сюда вместе со своим юным товарищем и сгонять в картишки партейку другую за столом с солидными людьми? — Возмущается Тони.

— С солидными людьми? С этим что ли? — Привратник переводит взгляд и придирчиво осматривает меня, а потом спрашивает. — А тебе уже есть двадцать один год, парень?

— А для тебя это так важно? — Не лезу за словом в карман. — Главное, чтобы у меня в карманах водились денежки, а все остальное уже мое дело.

— Ну что же, может быть ты и прав, — рассудительно говорит он, лязгая засовом и открывая нам тяжелую металлическую дверь.

В открывшемся проеме вижу мощную фигуру привратника. Это реально какой-то Кинг-Конг.