Ваши войска могут многому нас научить, Артём, мы подчиняемся твоей власти и готовы немедленно приступить к работе, — он чуть приподнялся на носках, с хрустом разминая спину, и сладко потянулся. — Но сегодня, уж извините, выдался чертовски насыщенный день, и я готов отпраздновать свою тактическую победу поздним горячим обедом, кувшином холодного эля и какой-нибудь пухленькой прачкой, у которой всё влажное и горячее в нужных местах. И желательно чтобы она стонала погромче.
Я не сдержал усмешки, чувствуя, как уходит внутреннее напряжение последних часов, но прежде чем Джинд успел развернуться и уйти на поиски плотских приключений, я окликнул его.
— У нас с тобой ведь не осталось невыясненных вопросов, правда?
Джинд остановился и посмотрел на меня абсолютно пустым, непонимающим взглядом.
— О чём ты вообще? — он фыркнул, возвращая на лицо привычную маску повесы. — Если только тебя не бесит, что я соблазняю всех симпатичных свободных женщин в твоем лагере…
— Уверен, тут найдется немало желающих прыгнуть к тебе в койку, — сухо заметил я. Смазливая морда и дьявольское обаяние наемника всегда делали его популярным у дам, и отрицать это было глупо, но сейчас меня волновало другое. Я посерьезнел, глядя ему прямо в глаза: — Мы с Сафирой по-прежнему хотим, чтобы ты стал крёстным отцом для Анны, хоть нам и пришлось исчезнуть тогда, не сказав ни слова. Если ты, конечно, все еще готов взять на себя такую ответственность.
— Ах вот оно что? — мой друг тоже сбросил дурашливость, и его лицо мгновенно стало серьезным. — Я глубоко ценю это, Артём, правда, и, конечно же, сделаю все для этой милой маленькой проказницы. Но что касается моих чувств к Сафире… — он печально, почти горько покачал головой. — В отличие от тебя, мой друг, я всегда придерживаюсь собственного правила: никогда, слышишь, никогда не влюбляйся в кошкодевушек.
Джинд усмехнулся, заметив, как потемнел мой взгляд.
— Эй, остынь! Я не говорю, что у тебя ничего не получилось, наоборот, искренне за вас рад. Вы с Сафирой отличная пара, идеально дополняете друг друга, и я счастлив, что родители маленькой Анны вместе, — он шагнул ко мне и дружески похлопал по плечу. — Просто говорю, что я не из тех парней, кто привязывается пуповиной к одному месту, особенно когда вокруг всегда полно новых «партнеров для танцев», если ты понимаешь, что имею в виду. Меня манят новые города, новые возможности для веселья, свежие впечатления и никаких шансов на разбитое вдребезги сердце.
Рука Джинда соскользнула с моего плеча, он развернулся и легкой походкой зашагал в сторону палаток, насвистывая какой-то похабный мотивчик.
Его слова о «партнерах для танцев» и нежелании привязываться оставили на языке горьковатый, неприятный привкус.






