По счастливой случайности он оказался весьма приятен мне в роли супруга.
Повисла неловкая тишина, лица моих союзников покраснели ещё сильнее. Владис не выдержал первым, он запрокинул голову и загрохотал своим басом.
— Как и половина всего, что с тобой происходит, дружище! — проревел здоровяк, хлопая себя по бедру. — Если бы я попытался рассказать эту историю кому-нибудь в таверне, кому-то, кто не видел этого своими глазами и не знает тебя, клянусь, меня бы приняли за сумасшедшего лжеца!
Джинд потер переносицу, тяжело вздохнув.
— Хорошо, — в его голосе звучала искренняя усталость от моих выходок. — Теперь, когда ты устроил это грандиозное представление и буквально до смерти напугал половину нашего лагеря, можем ли мы наконец приступить к этому учебному сражению?
Я почувствовал, как по лицу расползается глупая, почти детская улыбка, а пальцы всё инстинктивно поглаживали гладкую кожу на талии Каиры. Гордость за свою супругу приятно грела моё самолюбие. Да, её манера появляться перед целой армией в чём мать родила всё ещё заставляла меня внутренне ёжиться, остатки земного воспитания давали о себе знать, но, чёрт возьми…
Моя женщина — дракон. Она идеальна, смертоносна и абсолютно лишена человеческих комплексов.е.
— Конечно, Джинд, — кивнул я, отпуская талию Каиры. — Пора показать нашим новичкам, как дерутся настоящие ветераны.
Я обвёл взглядом собравшихся на полигоне командиров и принялся в деталях описывать систему шкалы здоровья, которую мы с Мариль и Каирой разработали для грядущей тренировки. В воздухе висел едкий запах поднятой пыли и оружейного масла, смешанный с едва уловимым озоновым шлейфом от готовящихся заклинаний.
Когда я закончил объяснять концепцию парящих над головами красных шкал, на лицах моих друзей застыло выражение, близкое к благоговейному трепету. Перенос земной логики боевого интерфейса в реальный мир — это вам не шутки. Если для меня это была привычная схема визуальных показателей, но для них — настоящий тактический прорыв.
— Ты всегда придумываешь что-то невероятное, дружище, — пробасил Лоркар, хлопнув меня по плечу своей медвежьей лапой. От удара у меня клацнули зубы. — Если эта штука сработает, мы получим самую понятную тренировочную битву за всю историю Шалина.
— Однако не забывайте, что судьи по-прежнему будут строго следить за техникой безопасности, — осадил я его восторги, переходя на суровый командирский тон. — Это учебный бой, а не кровавая баня. Если им придётся специально указывать кому-то на нарушения или, того хуже, останавливать поединок, чтобы спасти чью-то шкуру, нарушителям придётся драить нужники зубными щетками до конца своих дней в рамках внеочередных нарядов.






