ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Шанс начать жить заново выпадает не каждому. Как не совершить тех поступков, из-за которых в прошлой жизни всё пошло наперекосяк? Надо провести работу над ошибками, попытаться всё исправить. Вот только будет это непросто, потому что колесо истории не желает сходить с накатанной колеи, и, чтобы что-то поменять, придётся постараться.

Андрей Панченко Шанс — Ты что творишь, гаденыш⁈ Кто разрешил⁈ Накренившуюся стрелу я увидел случайно, когда тень накрыла меня, закрывая от осеннего солнца. Из-за работающего компрессора и стука отбойного молотка, работу крана слышно не было, поэтому я и увидел его только в последний момент, когда было уже поздно. Двухтонная плита межэтажного перекрытия медленно падала вниз, набирая скорость, прямо на возившихся внизу рабочих. А за ней так же медленно, как в замедленном кино падал на бок и сам кран. Старенький МАЗ-500А, с голубой, помятой и проржавевшей кабиной уже стоял всего на двух боковых колесах левого борта, и из выцветшей будки крановщика выпрыгивал крановщик.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Можно накрыть им борта, на месте подвязав бечевкой. Плащ-палатка тоже пойдет в дело, если что потом высушу. Что спрятать под брезентом не получится, измажу илом. Он водой смывается плохо, но всё же от него вещи и руки можно будет отмыть, всё лучше, чем солидол.

Я распихал все приготовленные вещи по бортовым сумкам велосипеда, что не влезло сунул в рюкзак-сидор, который примостил на спину. Лямки врезались в плечи, сидор не держал форму, давил на поясницу, но потерпеть эти неудобства какое-то время было можно. Теперь я выглядел как рыбак, мой прикид и снаряжение полностью соответствовали легенде. Ну едет мужик на реку, тащит барахло. Что тут такого?

Маршрут я выбрал заранее. Не к мосту, не к пляжу и не к лодочной станции. Туда как раз нормальный человек и поехал бы, а значит мне туда нельзя. Поеду через промзону, потом по разбитой грунтовке вдоль старых складов, дальше к заброшенному карьеру, а уже оттуда через посадки к одному из рукавов. На карте дед пометил то место коротко: «Трава. Берег вязкий. Людей мало». Для меня сейчас лучше и не придумаешь.

Когда всё было почти готово, я сел на раскладушку и оглядел своё добро. Немного вещей. Немного еды. Немного денег. Лодка, замотанная в брезент. Велосипед у стены. И всё равно этого хватит, чтобы исчезнуть.

— Ну что Серега, с богом!

Ждать рассвета я не стал. Сидеть до утра и слушать каждый шорох было глупо. Ночью у меня ещё был шанс проскочить тихо, а к утру кооператив начнёт оживать. Кто-то придёт за машиной, кто-то просто заглянет в гараж, и вся моя затея сразу станет куда заметнее.

Я ещё раз оглядел гараж. Верстак. Раскладушка. Ведро у стены. Дедов инструмент по углам. Стало вдруг как-то странно. Будто ухожу не из временного убежища, а из места, где уже немного прижился. Пять дней всего… а привычка уже появилась. Я тихо усмехнулся, потушил лампу и вывел велосипед за калитку.

Дверь закрыл аккуратно, тихо, благо петли и замок смазал ещё в первый день своего прибывания в гараже. Ключ секунду подержал в руке, потом сунул под кирпич у задней стенки. Если вернусь — найду.

В кооперативе стояла густая ночная тишина. Где-то далеко капала вода. Листы железа на крышах иногда тихо щёлкали от ветра. Я катил велосипед рядом, не садясь. Сидор тянул плечи, лодка и баулы на багажнике делала велосипед неповоротливым, но пока всё шло тихо.

У сторожки горел жёлтый квадрат света. Петрович, похоже, и правда ждал меня. Стоял у двери, курил и смотрел в темноту. Когда я подошёл, он не удивился. Внимательно оглядел меня и одобрительно хмыкнул

— На рыбалку собрался?

— Ага.

Он молча обошёл велосипед, потрогал узлы, которыми я притянул свёрток с лодкой, потянул за сидор.

— Нормально. Голова у тебя работает.