Если Колян приветствует чистый брейк-данс, ловко срисовав с попавших в наши руки видеокассет фишки. То я больше люблю хип-хоп. Движения сверху — стрит, локинг. Хотя и классику типа Ту Степ или Крисс Кросс не отвергаю. Не знаю каким Макаром через десятилетия и чужую память пронеслись они во мне, но у меня все отлично получается. Движения приходят как будто изнутри. Как это во мне устроено?
Парни во все глаза уставились, вылавливая малейшие финты руками и ногами. Они молодцы, схватывают сразу, импровизируют, я их поощряю. Ну что ж, вроде неплохо получается. Подхожу к зеркалу, надо отточить некоторый движняк. Замечаю в отражении Иришку. Стоит чуть в сторонке задумавшись. Явно не в восторге от экзальтированности наших поклонниц. Те и сами танцуют и довольно смело. Будут изображать в зале группу поддержки. Ох, чую нахлобучат мне в этот раз. Но хрен с ним! Свободу свободовыражению!
— Меня в общагу позвали, парни днюху отмечают. Пойдешь со мной?
Ирина неожиданно скуксилась:
— Я есть хочу, даже не обедала сегодня.
Я вздыхаю. Какая она еще местами… невзрослая…
— Сейчас доскочим до кулинарии. Тебя потом домой на такси отправлю. С вахты родителям маякнешь.
Видимо, Ирише нравится мой решительный настрой. Она тут же соглашается, и мы бежим через проспект Ломоносова к ресторану «Двинские хори». Под недовольным взглядом продавщицы мы заваливаемся в кулинарию за пять минут до её закрытия. Но та быстро теплеет от моего изрядного выбора. Хорошая выручка резко повышает вежливость персонала.
— Вот этих котлеток нам, пожалуйста, штук двенадцать и столько же бифштексов. Мясо хоть в них есть?
— Свинина и говядина! Ничего лишнего! — божится продавщица. — Пирожки вот берите, свежие.
— Ир, ты какие любишь?
— С зеленым луком и яйцом. И вот эти рыбные котлетки мне возьми, пожалуйста. Мы их тут уже покупали. Вкусные!
— Так из трески, девушка! Не сомневайтесь. У нас повара хорошие.
А я вот сомневался. Но все равно взял. Продавщица довольна и нам улыбается, быстро упаковывает все в бумажные свертки. Как ловко у нее получается их сворачивать!
— И хлебушка нам подайте, скока влезет в кулек.
— Сок какой-нибудь.
Я вспоминаю про авоську в кармане и киваю:
— Яблочно-виноградный.
Ирина пристально глядела, как я расплачиваюсь, вынимая несколько трешек из толстой пачки премиальных, и уже на улице высказала:
— А ты у меня богатенький Буратино!
До меня не сразу дошел смысл некоторых из высказанных ею слов.
«Уже, получается, „У меня“?»
И стоит такая, хитро улыбается. А ведь Ириша здорово изменилась. В восемнадцать лет год много решает. С этой барышней надо держать ухо востро! Но до чего хороша, чертовка! Так и светится изнутри. Боже, как мне не хватало её искренней теплоты.
«Так.






