Он шагал с гулким грохотом, сопел как заведённый мотор, в его глазах было что-то знакомое. Вечность и мудрость, пополам со злостью, такой взгляд я уже видел, его носитель забрал у меня родного человека.
Настя поджала губы.
На шее центуриона висела толстая полоска стали, на манер ошейника, по ней ветвились разряды электричества вызванные рунами.
— Сегодня мою зверушку ждёт обед.
Зверь дёрнулся, но тут же получил разряд тока.
— Последнее слово. — милостиво разрешил Рени, играя на публику, когда центурион застыл напротив насти.
— Иди в зад, сраный ублюдок.
— Убить. — процедил Суори.
Я понял, что сейчас Настю будут убивать.
Кажется, мой выход.
Собравшись с силами, чётко зафиксировал точку выхода, ушёл в прыжок.






