ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Я думаю, что мы вернемся к этому вопросу после похорон, — спокойно ответил Егор. — А вот я думаю, что мы можем обсудить его здесь и сейчас, — парировал Максим, глядя на Егора исподлобья. — Макс, я же сказал, после похорон, — в голосе Егора послышалось раздражение, но он стал твёрже. — Ты не можешь мне приказывать, — запальчиво произнёс Максим. — Вообще-то могу, — холодно ответил Егор. — И как раз от тебя я ожидал увидеть поддержку, а не попытку саботировать мои распоряжения. — Это так странно, слышать от тебя такие слова, — к ним подошла жена Максима. — Привыкайте, вы все прекрасно знали, что так оно и будет однажды. — Егор смотрел прямо. — Мы знали, просто не думали, что это случится так внезапно. — Она улыбнулась. — Нам просто нужно привыкнуть к сложившимся обстоятельством. Пошли, Макс, — и она утащила мужа в сторону. — Вот видишь, — Егор посмотрел на меня. — Я же говорю, что придется выгрызать своё право отдавать распоряжения. И это Макс, а что говорить о других? — Я тебе больше скажу, тебе придётся ещё и наказывать, и иногда достаточно жестко, чтобы подавить любой бунт в зародыше, — я наблюдал за Максимом, которому в это время что-то пыталась доказать жена. — Дед Андрей всего один раз дал слабину, позволил твоему отцу сходить с ума в своём доме так, как тот считал нужным. К чему это привело, нам обоим очень хорошо известно. Так что держись, дальше будет только хуже.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Я по-человечески попросил её связаться с Люсиндой и спросить, может, моему крестнику нужно что-то особенное, потому что мне было некогда от слова «совсем». Мы с Яном уже закончили знакомство с предприятиями Орловых в пределах столицы и теперь уезжали всё дальше и дальше по округе. В самые отдаленные, естественно, мы не поедем, но в пределах ста километров объехали почти всё. Заодно я много чего узнал о Кодексе и о самих Орловых. Так что, нельзя сказать, что время я провёл зря.

— Что тебя опять не устраивает? — спросила Анна, заходя в мою комнату. Это была уже официально моя комната, без всяких если.

— Что это? — спросил я, швыряя на пол какую-то, хоть и дорогую, но совершенно банальную игрушку.

— Ты попросил купить Степану подарок, я купила, — Анна посмотрела на меня с вызовом.

— Понятно. — Я накинул на плечи пиджак. — Люсе ты не звонила.

— Нет, не звонила. Это не было обязательным условием. Я подарок купила, все твои условия выполнила. Надеюсь, что ты не заблокируешь мою карту.

— Нет, не заблокирую, — процедил я сквозь зубы.

— Я чувствую себя ужасно, — пожаловалась Анна. — Мой живот скоро начнёт меня перевешивать, — и Анна подошла ко мне и уткнулась лицом в шею, всхлипнув при этом.

Я погладил её по золотистым волосам. За эти месяцы мы нашли несколько точек взаимопонимания. Она выполняла почти все обязанности, прописанные в Кодексе. Вот ни больше, ни меньше, и давила на жалость беременностью, которая по заверению целителя, протекала очень ровно и прекрасно.

Моя мать, которую мучил сильнейший токсикоз, да ещё ребенок умудрился сразу два семейных дара отхватить: Кернов и Ушаковых, однажды резко высказалась насчет невестки: что та носит детей, как та лошадь, и что если при ней Анна откроет рот, то кто-то может пострадать. Егор уже подтвердил участие в родах наследника Кернов, а дед на всякий случай заручился поддержкой императора, просто на всякий случай.

С моими же детьми все было гораздо интереснее. Один из них точно владел семейным даром Кернов, а может быть, и оба, но более точно никто сказать не мог, хотя Анну уже и Орловский целитель обследовал от и до. Единственное, в чем все сходились — беременность течёт на зависить многим.

Но Анна всё равно жаловалась. Это был своеобразный ритуал, который начался с того самого дня, как Стоянов забрал у неё деньги. Он честно меня дождался и признался, что не сдержался. С Егором и Денисом он тогда не пересекся, как и Анна, которая к гостям так и не вышла. Его решения я не отменил, и мы постепенно выработали определённые правила: она хотя бы старается не поднимать мне нерв, я в свою очередь делаю её жизнь максимально комфортной.

Правда, наши занятия любовью постепенно сошли на нет.